Девушки искоса переглянулись, и та, что с опухшими губами, призналась:

— Скоро Чидра-людоеда казнить будут, того, гирфельского пожирателя.

— Говорят, специально волков голодных приготовили, — осмелилась вступить в разговор вторая служанка, — Его будут им живьём скармливать. Сразу после расправы с моснорскими грабителями. До костров. Про Чидра рассказывали, что у него лицо как у акулы.

— И роста он огромного, — светленькая рабыня выпучила глаза, будто бы маньяк-людоед прямо сейчас перед ней воплоти стоял, — А выбирал себе девушек помоложе. Когда его пытали, смеялся, кричал, сами попробуйте, вас потом цепью не оттащишь. Гад.

— Понятно, — Игорь ещё до того, как задал свой вопрос, примерно догадывался об ответе на него, — Хотите посмотреть? Так бегите. Я разрешаю. Только вернитесь до прихода хозяйки.

Присутствие рабов, кроме тех, кто прислуживал, на всякого рода увеселительных мероприятиях не приветствовалось, но и прямого запрета не было. Конечно, в толпу свободных горожан девчонки не полезут, там им могут и по шее надавать, и всё же местечко они себе для наблюдения подыщут, пусть и не с самым удобным ракурсом.

— А Гештик за плётку не возьмётся? — вторая, на год-два более старшая служанка проявила осторожность.

— Так мы ему ничего не скажем, — засмеялся Игорь, — Договорились?

Когда девушки, чуть не пританцовывая на ходу, убежали, попаданец прошёл в спальню и открыл там шкаф, на нижней полке которого лежал свёрток, месяц-восьмушку назад принесённый во флигель тётушки Родалии Люсом.

Попаданец прекрасно знал, что в нём, однако по привычке, выработанной ещё во время армейской службы, всегда лично проверял своё снаряжение перед любым боевым заданием.

— Так, что тут у нас припасено? — вслух сам у себя спросил Егоров, доставая и кладя объёмный свёрток на стол, — Что нам бог послал?

Он развернул ткань и принялся раскладывать на поверхности её содержимое.

Первыми легли на стол холщовые плотные штаны с одним карманом, следом длинная рубаха из такой же ткани, деревянные туфли-сабо и пара онучей к ним, нательный кожаный пояс с четырьмя метательными ножами и тремя маленькими кармашками под пару-тройку монет каждый, наружный подпоясавший кушак с небольшим тряпичным кошелём и плечевая сумка, размером с ноутбук. Завершал натюрморт, скорее, кухонный, чем боевой тесак с деревянными рукояткой и потёртыми ножнами.

Егоров проверил содержимое кошеля. Там оказалось восемь риталов одной серебряной монетой и двадцать шесть талов медью. В кармашках нательного пояса в сумме набралось пять империалов. Можно пятидневку проживать и гулять в столице королевства. Землянин рассчитывал управиться гораздо быстрее.