Однако перед смертью он бросился в лаву… Нет тела — нет дела, да?.. Что ж. Похоже, война очень быстро переходит в острую фазу… Выжить в такой войне становится той ещё задачкой. Мда…
Ладно, тут всё. Пора возвращаться. И ещё… хочется напиться. Но, как назло, не могу…
Что ж, значит, наведаюсь в гости к Ане с Лизой…
Глава 15
Проснувшись в небольшой кровати, я сладко потянулся, вытягиваясь во весь рост и хрустя косточками, и коснулся чего-то мягкого. А это Аня, устроившаяся у меня под бочком. Она прижималась ко мне, так как ещё пара сантиметров, и упадёт с кровати… Всё же кровать и правда небольшая.
— Доброе утро, — пепельная блондинка открыла глаза и мило улыбнулась.
Изогнувшись, она потянулась, открывая мне великолепный вид на своё обнажённое тело, после чего закинула на меня ножку и положила голову на грудь, а её красивые пепельные волосы накрыли нас словно одеялом. А моя рука уже поглаживала девушку по спине.
А ещё с меня почти спали чешуйки, и я уже выгляжу как человек. Как и говорил ранее, тело победило эту дрянь из Духовного пространства.
— Вижу, у тебя хорошее настроение.
— Конечно, — она приподняла личико и посмотрела на меня. — Это мой дом. Только мой! И земля моя. Свобода… Ты не представляешь, сколько я о ней мечтала.
— Всё было так сурово?
— Хах, сурово… — она села на мой живот и откинула назад свои волосы. — С малых лет меня растили как инструмент возвышения герцогского рода. Как товар. К примеру, у меня пятеро братьев: двое от моей матери и три от других жён отца.
— А дочерей?
— Девять. И все они — товар. Настолько, что многие братья даже моего имени не знают. Нас с малых лет растили отдельно. Они — надежда рода, а мы — мясо на продажу. Мы даже жили в другом здании!
— Дикость… И в чём смысл этого?
— У герцогского рода много тайн, секретов и просто информации, которой можно навредить роду. А мы — товар. Вдруг после «продажи» всё выложим как есть? — она вздохнула и, проведя ладонью по моей груди, продолжила: — Был случай, лет сто… или двести назад… Дочь рода, выйдя замуж, выдала мужу все наши секреты, что знала, и тогда Лебедевы чуть не сгинули.
— Поэтому я и не люблю аристократов.
— А меня… любишь?.. — вдруг спросила она и опустила голову, а взгляд стал щенячьим. У меня тут же вспотел лоб, да так сильно, что Аня звонко расхохоталась. Пришлось притянуть её к себе и поцеловать. — Посчитаю это за положительный ответ. Чёрствый сухарь.
Она укусила меня за кончик носа и вырвалась из объятий, после чего резво спрыгнула с кровати.
— Пойду распоряжусь о завтраке, — кинув на меня довольный взгляд и виляя аппетитной попкой, баронесса направилась к двери, а я остался в постели.