Я буквально обхватываю шею своего спасителя руками, уткнувшись носом в его грудь. Больше по аромату понимая, что нос мне не дал расквасить всё тот же ненормальный Энцо.

В ужасе замираю на его руках, проклиная ситуацию.

Что я такого страшного натворила в своих прошлых жизнях, что на меня это всё сегодня обрушилось? Кому перешла дорогу?

На пару минут в комнате воцаряется полнейшая тишина.

«Каццо» (ит.мужской половой орган) — комментирует ситуацию Франко, нарушая звенящую у меня в ушах тишину. Вот были у меня подозрения, что она на соплях висит...

И пока я думаю, какой же счёт мне выставят за этот грёбаный светильник, грудь под моим носом начинает странно трястись.

Замираю в недоумении, собирая пальцами на его спине рубашку.

Он что, ржёт?

Я снесла у них тут светильник, а ему смешно?

Он точно ненормальный.

— Отпусти меня, пожалуйста, — прошу плаксивым голосом, пытаясь отстраниться.

Но он меня, как будто не слышит. Прижимает к себе сильнее, и чуть ли не положив голову на моё плечо, начинает ржать в голос.

А мне хочется разрыдаться от безысходности.

Я позорно шмыгаю носом.

И делаю очередную попытку выпутаться из его лап, и посмотреть уже, наконец, собственными глазами на масштаб катастрофы, которую я тут сотворила.

— Антонина, я начинаю подозревать, что вас к нам специально заслали, чтобы вы дестабилизировали работу аэропорта... — со стоном произносит он, и ставит меня на ноги, продолжая удерживать за плечи. — Признавайся... — переходит он на серьёзный тон, не дав мне времени прийти в себя. — Это так?

Я моргаю, не понимая, как относиться к его словам.

Он отпускает мои плечи.

— Да вот и я думаю, лучше уже их сдать с рук на руки, от греха подальше, пока всё тут у нас не разнесли, — поддерживает его коллега, и я перевожу взгляд на него. — А то такие девчонки могут, да ...особенно чёрненькая там у них есть, — прищуривается загадочно Франко.

Меня бросает в жар.

Куда это они собираются нас сдать? «В полицию?» — быстрой молнией проносится в голове.

— Я никуда не пойду…— хватаюсь я мёртвой хваткой за руку Энцо.

— Видишь, она не хочет, чтобы мы её отпускали, — растягивает он губы в ухмылке. — Ей у нас понравилось...

— Я заплачу... — начинаю я лепетать, — за лампу, — добавляю поспешно, чтобы он чего плохого не подумал.

— Конечно заплатишь, — наклоняется он к моему лицу.

— Сколько? — перевожу взгляд на Франко, в поиске поддержки. Пока он кажется мне более-менее вменяемым.

— Плюнь, это не проблема, — успокаивает он меня, и я облегчённо выдыхаю. — Там за вами приехали. — Меня начинает потряхивать. — Энцо, ты что ей не сказал? Ты же за ними пошёл? — выдаёт неожиданное он.