А мы голодные. Сильно. И нервные ещё.

— Тонечка, — из-за спины вдруг появляется, не участвующая почему-то в наших переговорах Милка. — Тебя, — говорит она мне, протягивая свой телефон.

— Кто? — спрашиваю, вытаращив на неё глаза.

И по её поджатым губкам и выпученным немножко глазкам, понимаю всё без объяснений.

— Ты в порядке? — непривычно серьёзный тон вводит в некоторое замешательство.

— Да, — выдавливаю из себя задушено.

— Трубку тогда передай придурку, который вам в зад въехал…— тоном не терпящим возражений, командует он.

— Это тебя, — послушно выполняю приказ и через мгновение начинаю немного об этом жалеть.

Вернее, начинаю прощаться с нашим халявным ужином.

Судя по стекающим сейчас по вискам капелькам пота у парня, пытающегося всеми силами оправдаться, ничего хорошего ему там не говорят.

Желудок же от этого начинает только ещё громче урчать, почувствовав неуклонно отодвигающийся от нас ужин. А он очень кушать хочет…

— А-а-а, — тянет парень несмело, — а другую можно пригласить? — вдруг спрашивает, и смотрит на Милку.

Я непонимающе перевожу взгляд с одного на... другую.

Это что ещё за гляделки тут они устроили?

— Мелкая! — Лерка реагирует быстрее меня, — это ты что ли опять нам встряску устроила?

Милка невинно хлопает ресничками.

— Мелкая пакостница… — цедит сквозь зубы Лерка, бросает взгляд на парня, и следом рычит: — тому, с перхотью, всё расскажу...

— Да ты сама просила из лесу тебя вывести...я помочь хотела, — начинает свою защиту Милочка.

— Окей, — вмешивается в их перепалку парень. — Поезжайте за мной — говорит, передавая Милке телефон, растягивая рот в лучезарной улыбке. — Меня Пепе зовут, представляется он почему-то только ей.

— Как? — уточняет у него Лерка по-русски.

— Какая тебе разница? — огрызается на неё Милка.

— Нет, ну ни фига себе! — Лерка заводится не на шутку , судя по покрасневшему лицу и сжатым кулакам. — Мы даже ещё не доехали, а ты уже спонсора себе успела найти, как? — взмахивает она руками, — колись давай, как ты это делаешь, я тоже может хочу. И вообще, не забывай, у меня травма...душевная.

Я не вмешиваюсь. Размышляю, что мне делать с телефоном и Боссом. Я так-то позвонить ему обещала.

— Мил, — зову, — телефон дай, позвонить нужно...

***

«Лучше бы не звонила» — думаю, сидя на следующий день в дорогущем рыбном ресторане с Боссом, нервно дёргая под столом ножками.

— Антонина, я буду очень хорошо тебя обеспечивать, ты сможешь жить в Италии, если пожелаешь… — заливается он соловьём, — я больше не твой босс, так что... ничего нам не мешает...

А я слушаю его, пялюсь на жёлтый рис в своей тарелке, который, кстати, ненавижу и не знаю, что ему ответить на это.