— Хе-хе. — Сейчас тварь куда больше походит на дикого паука. Повернута назад всем телом, а лапы несут её дальше.
— Сха! — плюю сгустком кислоты.
— С-с! — подгибает арахна все конечности, катится в сторону, снова набирает темп.
Мы проносимся около столба воды, мимо водопада. Опять поднимаемся выше.
Р-р-р! Она будто знает местность, знает, куда отступать, какие преграды и укрытия будут на пути. Сука подготовилась!
Разряды моего клинка становятся все больше, уже охватывают руку. И, когда позади арахны показался конец новой опушки, как свет в конце тоннеля…
— Ра-а-а! — обернулся я вспышкой.
Шаровая ломала кроны, раздавался треск дерева. По прямой я мчал к паучихе, даже быстрее, чем раньше. Но не нанес удар… Я хотел вцепиться в её шею, задушить, сломать.
— Кха! — в итоге произошло столкновение.
Сцепившись, мы полетели вниз. Я, открыв пасть, рычал во всю глотку, она шипела в ответ. Метры свободного падения. Поменявшись местами со своей подручной, теперь Эрла оттолкнула меня в сторону. Мы рухнули в водную гладь, в болото. Всплески воды — как два взрыва. Я тут же вынырнул, встряхивая волосами. Поднялся. Влага стекала по моему лицу.
Дернул руками, встав в стойку.
— Хе-хе, — поправила мокрую челку паучиха. — Вот тут, — улыбнулась она, — мы и потанцуем. — Эрла выдула воду через дыру в щеке.
— Я сказал… — пошел я вперед, вода доходила всего до пояса, — закрой свою… — из воды выпрыгнул червь! — Са! — перерубил я дикого. Маленькое существо синего цвета распалось на две половинки. Огляделся, повел головой из стороны в сторону.
Много… Целая свора хищных червей ползала по дну.
— Так будет, — проткнула паучиха копьем-лапой еще одного. Вытащила наружу, облизнулась, — веселее!..
Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Да, именно этого я и хотел… Эта особь определенно другого уровня. Сильный враг, куда сильнее моего названного брата в Шахтах. Не было никакого страха, вообще ничего не было. Ни трепета, ни радости. Только ярость. Меня переполняла дикая ярость. В последний раз такое было после смерти Матильды… Я… Что бы ни произошло, какой бы исход ни был у этой драки, я не отступлю, не имею права сдаться. И остановлюсь, только когда эта дырявая рожа превратится в месиво.
— С-с-с, — шевельнулись её жвала.
— Р-р-р. — Нечеловеческий рык исходил из моей глотки.
Несмотря на замедляющую воду, мы одновременно сорвались с места. Дикие твари, чувствуя движение, десятками снарядов запрыгали со всех сторон. Каждый шаг сопровождался рассекающим. Куски мертвой плоти падали обратно в воду и тонули.
Двадцать шагов, и…