Каждый раз бросая в его сторону взгляды и получая в ответ ослепительную улыбку, чувствовала, что подо мной вспыхивает костер. В котором я сгорю или от стыда, или от внутренних импульсов к этому парню. А сейчас я бежала, спотыкаясь к огромному светлому зданию, которое я бы вряд ли назвала шедевром архитектуры, но его масштабность поражала. Мой Монреальский Университет, где я учусь на факультете ландшафтной архитектуры и дизайна.
Я с шумом выдохнула, когда успела добраться вовремя, но хаос в моей голове от бесконечного потока мыслей и волнения не позволял расслабится.
И я еще не понимала, что первый сюрприз сегодняшнего «прекрасного» будет ждать меня в общем холле. Адама я увидела со входа, как всегда идеальный и одухотворенный. Казалось, что я отсюда могла почувствовать запах его парфюма. Он всегда был одет с иголочки, но с легким отголоском небрежности, что делало весь его каждодневный образ естественным и понятным. Я могла часами смотреть на то, как Адам скучающе смотрел по сторонам изредка слегка кивая в знак приветствия знакомым. Но не сейчас.
Адам был не один. Впервые за все время я увидела, как он с откровенным интересом беседует с рядом стоящей рыжей девушкой.
Стоило мне подойти на несколько шагов ближе, и я почувствовала, как подо мной и правду вспыхнул костер, но не стыда и не моей любви к Адаму, а гнева. Сжимая до боли в руках лямки своего рюкзака - наблюдала, как он горящими глазами скользил по этой девице, на которой, как мне казалось, скоро порвутся слишком обтягивающие джинсы. В Адаме даже близко не чувствовалось привычной, для меня, меланхолии. Реальность, как пощечина, напомнила, что Адам был красив. И рядом стоящая девушка - тоже. Нет. Не так...Она была в первую очередь эффектная. Высокая и с ярко выраженными формами. Я бы не назвала ее полной, скорее подтянутой, но с бедрами и грудью которые сложно было не заметить. Ее тело было еще так обтянуто одеждой, что даже мне стало стыдно и неловко. Адам всегда в моих глазах казался возвышенным, но он не был слепым. Надо было это признать. Внутри все окончательно сжалось и заныло, когда рыжая поправила воротник белоснежной рубашки Адама, а тот в ответ расплылся в улыбке. К моему виску словно поднесли револьвер и выстрелили. Спасаясь от своего внутреннего унижения, я быстро поплелась на лекцию. Да, я была не такая симпатичная как она...Но с другой стороны, любят не только за внешность. Моя мама была красивой, а отношения у нее часто не складывались... Почти всю лекцию я-то погружалась, то вытаскивала себя из раздумий. Задавала себе вопрос «А что я теряю?». Да эта рыжая напомнила мне еще раз о том, что в мире есть такие обычные девушки как я. Да, на фоне Адама она смотрелась куда гармоничнее чем я. Он был высокий и внешне похожий на чистокровного норвежца. Почти викинга, только без бороды. И она как валькирия с копной длинных рыжих волос и грудью четвертого, наверное, размера. Ну и что?