— Тур, я не хочу становиться бездумным убийцей, безумным зверем, — тихо шепчу питомцу.
—Уррр…
Что это я все о себе? Сейчас нужно тебя на ноги ставить. Вот только, что же с тобой делать? На поправку никак идти не хочешь. Сначала тебя нужно снова накормить.
При этих мыслях мой желудок дает о себе знать ревом обиженного теленка.
Глава 24.2
— Есть что поесть? — интересуюсь у ребят, когда они успокаиваются, и приводят себя в относительный порядок.
— Опять ты жрать захотел?! И так половину оставшихся припасов употребил на прошлом привале! — возмущается Ян.
— Да, еды осталось совсем мало, — расстроено говорит Яна, — нужно экономить.
— Нужно, — соглашаюсь я, — как только перекусим, так и начнем.
— Пока Тур охотился, такой проблемы перед нами не стояло, — высказывается Профессор, остальные дружно кивают, соглашаясь с ним.
— Правильно Проф, Туру тоже нужно кушать и побольше, — сказав это, осматриваюсь по сторонам.
Один из краев небосвода начинает светлеть. Скоро утро. Значит, можно будет выйти на охоту за дичью. Моему питомцу действительно необходимо много есть, он тот еще проглот. А из-за непонятной болезни Тур только на сытый желудок чувствует себя бодрее.
— Давайте, я схожу на охоту! — заявляет оклемавшийся Друммгор. — У меня опыт есть, да и по специализации я следопыт.
— Хм… — задумывается паладин. — Следопыт больше эльфам подходит.
— Так я вырос среди них. Они запланировали сделать из меня следопыта, вот мне и пришлось им стать, — поясняет орк.
— Это как так? — удивляется Князь смерти, заново собирающий из косточек каркас для своего питомца. — Почему они за тебя решали? Да и жил, почему, не с другими орками?
— Просто с самого раннего детства я попал к ним в рабство, — отвечает Друммгор, оторвавшись от горлышка бутылки, пущенной по кругу.
— Ничего себе! — изумляется Яна. — У эльфов разрешено рабство?
— Официально, у светлоликих его нет. Все они правильные и хорошие. В их конгломерате процветание, закон и порядок. А вот неофициально… — в конце монолога орк разводит руками.
— Что-то это мне напоминает, — задумчиво проговаривает Профессор, — вот только не могу вспомнить что.
— А как ты попал в рабство? — задает вопрос Князь смерти.
Перед некромантом стоит почти готовое костяное чучело. Испорченные косточки он заменяет запасными, заранее заготовленными и хранимыми в пространственном кармане и в перевязи за спиной.
— Уже и не помню как, — начинает рассказ Друммгор, а я в это время внимательно рассматриваю Тура на предмет повреждений, и скармливаю ему остатки провизии. — Маленький совсем был. Родителей не помню, так, обрывки каких-то видений с неясными силуэтами. Про самих орков знаю в основном лишь то, что находил в инфосети, и из рассказов других рабов. Обращались ко мне по-скотски, постоянно унижали. Но образование дали, меня вообще держали в основном отдельно от других рабов. Даже жилая комната была своя.