— Да как же не пробовали? Пробовали. И до сих пор пробуем. Вон Прохор пошёл на обход. С каждым разом мы помаленьку продвигаемся немного дальше. Но они, как в воду канули, — Скала стукнул кулачищем по стене, и шестерня жалобно зазвенела. — Нет их, понимаешь? Может, сгинули, а может, затаились где. Поди разберись теперь в этой железной мешанине. Тут и так стены иногда меняются.

— То есть? — не понял я.

— А вот так. В один обход идёшь — проход есть. В другой раз сунешься, а там стена глухая — не пройти никак. Он живой, понимаешь?

— Кто? Лабиринт? — я усмехнулся. Похоже, Аномалия действует не только на меня.

— И не надо скалиться, — нахмурился Скала. — Да что я тебе буду доказывать? — махнул он на меня рукой с таким видом, будто перед ним стоит не взрослый человек, а дитё неразумное. — Сам всё увидишь скоро. И тогда поймёшь.

Эта фраза мне напомнила о другом человеке, который относительно недавно мне её неоднократно повторял.

— Кстати, а где вы его нашли? — я взглядом указал на Вольта, который сейчас сидел в отдалении и смотрел в одну точку.

— Чудика этого крашеного, что ли? — переспросил Скала. — Ну так во время одного из обходов. Лежал весь побитый и раздетый. Ещё б немного и околел бы, либо пакость какая-нибудь сожрала бы его. В общем, мы посовещались и решили его забрать к себе. Он бормотал какую-то чушь про корку какую-то и про макароны с тушёнкой. Блаженный, поди.

Я внимательно слушал Скалу, и настроение становилось всё мрачнее. Возможно, для Скалы слова и выглядели бредом, а вот для меня — нет. Корка — это скорее о его подруге-напарнице. Он о ней во сне что-то там говорил… Кажется, Корой её звать, не помню. А вот тушёнка и макароны — это наш ужин был в день встречи с ним. В девушку парень, вроде как влюблён, если я не ошибся в выводах, а вот что касается нас… На ум приходит Аномалия.

И там, и там сильные эмоции, который парень сумел зашифровать вот таким вот образом. Значит, его действительно допрашивали и с ним не нежничали, в ход шло всё. И он не сломался, не выдал.

Я посмотрел на Вольта новым взглядом. Теперь к куче пунктов прошлого плана, добавился ещё один пункт: разобраться, что сотворили с парнем в Содружестве и как это исправить.

— Скала, а он всё время такой молчаливый сидел? — решил уточнить я ещё один момент.

— Угу, — кивнул мужчина. — Сядет в том углу и сидит, железкой там водит что-то рядом со стенкой. Но даже не смотрит, что водит. Либо вертится возле этой сферы. Я же говорю, блаженный он.

— Железкой, говоришь, водит что-то… — задумчиво проговорил я.

— Угу, — подтвердил Скала и настороженно спросил: — А что не так? Парень опасный?