Лина, тем временем, наносила на заднюю стенку зеркала сложную управляющую схему из тысяч тончайших мифриловых дорожек, которую можно было сравнить с не менее сложной электронной схемой. Она раньше даже не представляла, что можно работать с такой отдачей и увлеченностью. Подобное состояние еще называют творческим безумием, оно не каждому творцу дано. Девушка никогда не думала, что оно ей свойственно. Впрочем, сейчас а-фактор ни о чем подобном не думала — она творила, горя вдохновением.
Мэтр Загерий при взгляде на Лину сразу понял, что происходит, он сталкивался с творящими гениями, видел их в работе, и замер в восхищении. На его глазах создавался великий артефакт, который обычному артефактору никогда не создать — нужен ярко выраженный дар.
Вокруг зеркала вились энергетические смерчи разной направленности и насыщенности, то и дело из воздуха возникала какая-то деталь и со щелчком вставала на свое место. В воздухе появлялись сложнейшие схемы, на глазах становились реальными, наливались силой и мифрилом, затем накладывались одна на другую, создавая слоистую структуру, в которой каждый слой являлся своеобразным магическим процессором большой мощности. Знания потоком лились в сознание девушки из великого Ничто, она отфильтровывала нужные и тут же использовала их, порой не понимая, что именно делает, но четко осознавая, каким должен быть конечный результат.
Откуда-то издалека за творящей невозможное девушкой с умилением наблюдали глаза, принадлежащие древней и могущественной сверхсущности. Дитя наконец-то начало просыпаться! Пройдет совсем немного времени, каких-то две-три сотни тысяч лет, и Лина станет способна создавать новые вселенные! Творческое начало в ней очень сильно, отсюда видно, как оно пылает. Слава Создателю, это все-таки произошло, а то он уже почти отчаялся — девочка никак не хотела просыпаться. Проснулась! Умничка!
Потоки различных энергий вертелись вокруг Лины, продолжая создание артефакта, мэтр Загерий с восхищением наблюдал за этим, он еще ни разу не видел столь филигранного использования виртуальных инструментов. Хотя порой видно было, что опыта девочке еще сильно недостает. Она явно брала знаниями, а не опытом. Но опыт — дело наживное.
Лина испытывала наслаждение, которое до того испытывала только во время полетов, она плакала и смеялась, она творила нечто невозможное, все шло на интуиции. Знаний ей действительно не хватало, но они приходили словно сами по себе — произошло подключение к Сети на непредставимом ранее уровне, ее собственная совместимость с ней подскочила на порядок, если не на несколько порядков сразу. Впрочем, все это девушка поняла позже, а сейчас просто наслаждалась процессом.