Ещё и обширный отцовский автопарк угробил!

Пока корил себя за то, что даже не попытался хоть что-то сохранить, сам не заметил, как подошёл к месту, откуда исходило сердцебиение. Кто-то лежал под огромной каменной плитой, удачно прикрывшей бедолагу от взрыва «Армагеддона». Сама плита обуглилась и стала сантиметров так десять потоньше.

Когда я её поднимал, я даже не надеялся увидеть там действительно живого человека. Ведь в лучшем случае, если его не придавило насмерть плитой, то как минимум скоптило заживо.

Однако после уймы приложенных усилий и, кажется, появившейся в спине новой грыжи, я увидел вполне себе живого Эйнара! Мало того, что он был целёхонек, так даже волосы себе не подпалил.

И если с плитой всё ясно, она упала на другие обломки, создав что-то вроде саркофага, то как он пережил столь мощный взрыв?

Мой взгляд упал на металлические крошки под пальцами его правой руки.

Я одобрительно хмыкнул.

Не я один знаю о том, что такое барьеры. И, похоже, у Эйнара он был довольно мощный, раз сумел выдержать «Армагеддон». Об артефактах такой мощи я слышал, разве что в легендах. Впрочем, как и о вампирах с охотниками…

— Эйнар, просыпайтесь, — сказал я, попытавшись его разбудить, но в ответ ноль реакции. — Спит, что ли?

Склонившись над стариком, попытался привести его в чувство. Перевернул, похлопал по щекам, попытался даже пощекотать, но всё без толку.

Сердцебиение ровное, без рывков. Он дышит, но в себя не приходит.

Неужели он сам себя вогнал в это состояние?

Я точно знаю, что такое возможно и сильно распространено на востоке. Существуют такие люди, способные вгонять себя в добровольную астению. У нас такое запрещено, но там, за японским морем, подобное считают вершиной познания собственного тела и разума.

Вот только почему тогда Эйнар не приходит в себя?

— Хм… — присмотрелся к его сосудам. — Это точно не нормально…

Его сосуды были почти опустошены, и маны в них было на донышке. Он ни с кем не сражался и едва ли выпустил хоть одно заклинание…

Я посмотрел на указательный палец его правой руки и присвистнул. Он был весь обуглен, буквально почернел! И тут мне всё стало ясно.

Я ошибся, посчитав, что он использовал дорогостоящее барьерное кольцо с большим количеством запасённой энергии. Он использовал тот тип колец, который также запрещён, но уже во всём мире.

Всё из-за того, что такие кольца являются чем-то вроде последнего шанса для мага, когда другой защиты не остаётся.

В отличие от колец, в которых изначально накоплена мана, эти потребляют ману носителя. И запрещены они как раз по той причине, что от особо сильных направленных заклинаний маги буквально сгорали от магического истощения.