– Что там было в кристаллине?
Элиза удивлённо подняла голову.
– Бухгалтерские счета.
– Это раскрывает все семейные истории: в общем, источник всяческих неприятностей! Надеюсь, мы ей больше не понадобимся.
– Может, сделать вам чаю, пока я не закончу? – предложила Элиза.
– И положи побольше мяты, перечной мяты! От её духов с ума сойти можно!
Элиза подхватила тряпкой чайник, стоявший в уголке камина, чтобы не остывал, заварила ароматную жидкость и подала Натаниэлю. Он снова погрузился в размышления, уставившись на огонь. – За последний месяц ты сильно продвинулась. Скоро мне нечему будет тебя учить.
– Да ладно, – развеселилась она, – я не собираюсь открывать собственную школу завтра!
Он слабо улыбнулся. Он передал ей всё, что сам знал об искусстве расшифровки. Но как быть с остальным?
Когда-то молчание показалось ему лучшим выходом из положения, и, похоже, это было так: она пережила предначертанный опасный порог. Он желал всей душой, чтобы ей удалось избежать подобной судьбы, она не заслуживала такого наказания.
И он тоже не заслуживал.
Наследство…
Глава 2
Уже который раз Элиза убирала непослушную прядку, цеплявшуюся за цепочку очков. Всегда носила их на цепочке, чтобы не свалились. Она была неловкой, а вещь старинная и хрупкая, Элиза не хотела рисковать. Чистка линз была первой важной задачей, порученной ей Натаниэлем, а теперь, через тринадцать лет, она понимала: это было знаком доверия с его стороны.
– Когда закончишь, – предупредил Натаниэль, – я проверю демонические энергии.
С Чёрного Дня, когда главный демон победил того, кто его вызвал, когда едва не был уничтожен Баан, Священный клён, едва не уничтожены все жители Льяльса, демонические предметы были запрещены. Ни у Элизы, ни у Натаниэля не было возможности использовать подобные вещи, но иногда что-то портилось из-за отрицательных эмоций.
– Когда же и я смогу это делать?
– Когда алфавит одолеешь.
Элизе было нечего сказать. Хотя она каждый день занималась, продвижение шло медленно: надо было запомнить больше двух тысяч знаков.
Она вытянула шею, почти прижавшись лбом к холодному стеклу, чтобы увидеть кусочек неба в конце улицы. Солнце уже село, придётся идти домой в темноте. Хорошо, что причал парома недалеко. Ей очень нравился родительский дом на берегу, но жить на другой стороне реки было неудобно. Никакого заклинания для освещения она применить не могла, и приходилось топать по малопривлекательным аллеям, погружённым в полумрак.
Когда ей было девять лет, прозвучал роковой диагноз: она ничтожница – большая редкость.
Магию часто называли Эзотерической Триадой по трём основным её опорам: способности производить магические действия, способности собирать энергию из воздуха и, наконец, запоминанию заклинаний. Способности у разных магов были разные: у одних весьма слабые, у других просто безграничные.