— Ты думала, я не узнаю⁈ Думала⁈ — приговаривала Ясмин, пнув лежащую на мраморном полу служанку своей изящной, стройной ножкой. — Тебя, тварь, спасло только то, что у меня встреча сейчас. Иначе, я бы выпорола тебя до полусмерти розгами и отдала солдатам в казарму. Повторю ещё раз, для твоей тупой башки — всё, что ты находишь в моей спальне, всё что ты думаешь будет кому-то интересно, ты в первую очередь, рассказываешь мне, а не несёшься докладывать своим подругам или сраному Потапову. Ты поняла⁈

— Поняла… — закашлявшись, часто закивала девушка, лежащая на полу.

Интересно, что она там нашла? Следы расправы над двумя незваными ночными гостями, или свидетельства наших небольших ночных шалостей? Хотя, это и не так важно.

— Тварь! — азиатка ещё раз раздражённо пнула девушку, развернулась и пошла в сторону своего царственного кресла. Заняла место, закинула ногу на ногу и приняла невозмутимую, царственную позу, словно никакого представления минуту назад и не было. — Какого хера ты там топчешься? — недовольно рыкнула Ясмин второй служанке. — Иди сюда, стань справа от меня на место этой дуры, сейчас люди придут. А ты, — ткнула она пальцем в избитую девушку, — вытри кровь с пола и вали отсюда, пока я не передумала отдать тебя на порку.

Несчастная покорно поднялась с пола, вытерла следы побоев с мрамора и бочком посеменила в сторону неприметной двери для слуг. Едва девушка скрылась, дверь, которую мы охраняли, приоткрылась, и в зал заглянул розовощёкий толстячок в строгом чёрном деловом костюме.

— Простите, госпожа. Они уже здесь. Могу приглашать?

— Да, пусть заходят. — разрешила Ясмин, кивнув ему.

Двери распахнулись шире, и в тронный зал потянулась разношёрстная толпа. Деловые мужчины с папками и чемоданчиками, ухоженные женщины, солидные старички. Мимо нас уверенно и высокомерно просочилось человек двадцать, приблизились к трону Императрицы и, потеряв большую часть своего напыщенного высокомерия, замерли перед Ясмин. Из толпы, прокашлявшись для смелости, выбрался седой дедок с серой папочкой в руках, отвесил поклон азиатке, и вежливо поздоровался.

— Простите за опоздание, госпожа. Но нас задержали дела… Мы…

— Что за делегация? — поинтересовался я у своего нового напарника, не сильно надеясь на ответ.

— Да всякий сброд — чинуши всех мастей и расцветок. — слегка удивив меня, ответил Ершов. — Вот та тётка в очках — министр образования, тот толстый впереди всех — председатель совета по торговле‎, а тот красавчик, — Ершов кивнул в сторону высокого, щеголеватого молодого человека, — министр по делам женщин и равных возможностей. Ну и остальные из той же оперы. Сегодня же вторник, по вторникам у нашей госпожи приём всей этой братии. Муж на неё спихнул, чтобы она без дела не маялась.