— Неожиданно. — покачал я головой. — Я думал ты не вылезаешь из своей берлоги.
— Иногда вылезаю. — виновато пожал плечами старик Кацу. — Поехали, я отпросил тебя у ректора и договорился обо всём.
— Куда?
— По дороге расскажу… Макс! Время!
— Ну поехали. — сдался я, глядя на накрытый стол и сглатывая, обильно выделяющуюся под действием ароматов свежей выпечки и кофе, слюну.
Кацу распрощался с госпожой Уро, облобызав её ручки на европейский манер (если не ошибаюсь, в Японии это позволено только очень близким людям, с остальными они даже за руки не здороваются и не прощаются, не говоря уже о том, чтобы потрогать чужую женщину. Ох и Коу! Ох и старая лисица!), мы погрузились в авто и тихонько двинули на выезд из поместья Уро.
— Кацу.
— Что.
— Мы уже в дороге. — напомнил я.
— И?
— Ты сказал, в дороге расскажешь…
* * *
— Нужно отложить нашу затею.
— Почему?
— Кацу Мори припрётся.
— Этот старик? Ну и что? Он нам не помеха.
— Он притащит с собой этого гайдзина. Мои люди, ведущие слежку за стариком, доложили — они уже едут.
— И что?
— Мне он не нравится. С ним что-то не то. Неучтённый фактор. Я не люблю непредсказуемые переменные.
— Да брось! План уже запущен в действие.
— Мои люди говорят, он защищает её, как свора цепных псов.
— Этот сопляк? Не смеши меня! Я навёл справки. Он учится в школе самураев и, насколько мне известно, не самый прилежный и лучший ученик. Далеко не лучший! Его едва не отчислили на днях.
— Ну не знаю…
— Не переживай — всё будет хорошо. Эта сучка сегодня умрёт…
Глава 14
— У твоего парня сильный дар… — задумчиво произнесла Томико Оота, сидящая напротив Императрицы, примостившись на широком диванчике, закинув ногу на ногу и болтая своей точёной, стройной ножкой в воздухе. — Мы хотим его купить.
— Мы? — переспросила Ясмин.
— Моя семья. Он нужен моей семье.
— Он не продается. — равнодушно ответила Ясмин, сделала глоток из пузатого бокала и внимательно посмотрела на свою собеседницу, пытаясь прочесть хоть какие-то чувства на её лице. Макса ей сейчас ой как не хватало, с его то способностью заставлять людей говорить правду.
— Всё в этом мире продается, это только вопрос цены… — философски заметила Томико.
— В таком случае, цена может оказаться очень высока. — хмыкнула Ясмин.
— Ты же понимаешь, что я могу предложить тебе?
— И что же?
— Полную лояльность — присягу на верность, преданность, все мои ресурсы и ресурсы моей семьи. Я буду помогать тебе во всём, моя Императрица! — Томико слегка польстила Ясмин, словно подразнивая кобылку, водя морковкой перед её носом.
— И всё это за простого охранника? — Ясмин удивлённо вздёрнула брови вверх.