— Ночевать негде будет? — хмыкнул я.

— Вот чёрт! — опомнилась она. — Ты же дежурный по кухне сегодня!

— Угу. Но могу забить.

— Нет, не нужно. Так нельзя. Завтра попробую отпросить тебя у господина Ямамото, опишу ему твою… нашу ситуацию, он должен войти в положение. А я побуду у сестры пару дней, пока всё уляжется, так будет спокойнее.

— Как знаешь. А то я тебе тапочки комнатные приготовил и новое полотенце. — вздохнул я.

— Правда⁈ — просияла Мика, но увидев хитрую улыбку на моём лице, тут же смутилась. — Не смешно! — фыркнула она.

— Проводить тебя?

— Нет. — азиатка отрицательно помотала головой. — У нас тут не гетто, а приличная школа, чтобы бояться ходить при дневном свете. По крайней мере, пока учителя на месте. — нехотя добавила она. — Сама дойду.

— Принято. Если соскучишься, знаешь где меня искать.

— Не соскучусь! Да и вообще, Юсупов! Что ты там себе надумал? — фыркнула Мика, резко поднялась со своего места и, гордо задрав курносый носик, двинулась на выход.

— И тебе спокойной ночи… — хмыкнул я ей вслед, оглядел опустевший зал столовой, прикинул, сколько мне сегодня нужно посуды перемыть, и ненадолго привалился спиной к стене, прикрыв глаза.

Где-то вдалеке ныло чувство тревоги, но так смутно, что я почти не обращал на него внимания. Будто я и так не знаю, что мне нужно быть настороже. Ну прости, Яс, держался как мог. Не моё это — быть в стороне и ничего не делать. Это сопливой девчонке я могу соврать, себе не соврёшь…

Я поднялся со своего места, прошёлся по столам, собирая забытую посуду… Ну да — забытую! Вот же мелкие засранцы, даже убрать за собой не могут… Отнёс две стопки в большую, промышленную мойку, вернулся, закрыл входную дверь на защёлку, натянул фартук и резиновые перчатки, и приступил к дежурству. Раньше начну — раньше закончу, а через часик подтянется напарник, дело пойдёт ещё бодрее…

Ни через час, ни через два мой помощник так не объявился. Скотина! Я мысленно махнул на него рукой, загрузил в мойку очередную порцию посуды и слегка ускорился, стараясь справиться со своей повинностью быстрее и не растягивать это дело до самого утра…

Чувство опасности снова заныло ближе к полуночи, словно надоедливая, противная зубная боль, дёргающая нервы. Пока только издалека, но от этого было не легче — я в упор ничего не замечал. А это хуже всего, когда знаешь, что должно что-то произойти, но не знаешь, что именно. Вот что не так? Нападение на школу, метеоритный дождь, землетрясение, или всего лишь очередной доброжелатель крадётся ко мне, чтобы просто, по-дружески выстрелить в затылок?