Сжал в кулак два, от первых хундов, которые были достаточно слабые. Почувствовал свою кровь, сердце биение. Тук-тук. Время стало замедляться. Моргнул так, будто медленно закрывал глаза. Противник был на своем месте.

Почувствовал хаос, как в тот раз. Он был рядом и снова звал меня.

— Служи. Создание.

Часть меня очень хотела согласиться и отдаться без остатка безумной энергии ничего. Раствориться, исчезнуть и стирать миры и вселенные. Сердце замедлилось. Между ударами проходила вечность. Мир стал серым и его краски потекли, как на полотне, если вылить на него жидкость.

Ганс, люди, мир — все единое, бесцветное ничто. Хаос втягивался в мое тело, проникал. Врата души замерли в своей пульсации. Если бы я не знал, то подумал, что умираю. Было так спокойно, так хорошо… Нет проблем, желаний, нет ничего.

— Прости, хаос. Не в этот раз. — сказал я внутри себя.

И мои врата души вспыхнули так, что от моего тела разошлась волна. Они снова увеличились в размерах, каналы растянулись, и по ним побежала магия из двух цветов. Открыл глаза, толпа молчала, все почувствовали этот выброс энергии. Смотрели зло, ненависть хаоса пожирала их.

Ганс дернулся на меня, а я продолжал стоять на месте. В меня летело копье тьмы, потом еще и еще. Дикий приближался с огромной скоростью. Я видел в нем хаос, но его было так мало. Меньше чем в одном про́клятом сердце. Вымирающий род. Если тени легли под правителей, смогли в своем могуществе дойти почти до гранд-мастера. Дикие намного слабее, у них есть преимущество в бою, возможность обнулить тень и все, ну и магов тоже.

Долгое сидение здесь, постоянная борьба с измененными не сделала их сильнее, а просто сократила их количество. Тот первозданный хаос, который некогда был в диких, таял с каждым поколением. Не знаю, понимали ли они это? Может, поэтому и сидели тут? Поэтому такие остервенелые попытки с охотой, ценой жизни? Чтобы снова вернуть свою силу и могущество?

Вот только у меня есть что им предложить. Было странное ощущение, будто комар мешал разговаривать с самим собой. Потом обратил внимание, что мое тело борется с Гансом.

Я поймал все копья тьмы и сломал их одной рукой. Меня сковали путы, а я топнул ногой, и они растворились. Когда глава подлетел ко мне в попытке схватить меня, я просто переместился за его спину.

Мне не требовалось думать, тело все делало само. Я даже не напрягался. Смотрел на себя со стороны, так, будто был диким. Медленно, слишком медленно. Ощутил возможность схватить сейчас его и сломать шею, но остановил себя. Я был, словно в трансе, осознавал себя, но как-то иначе.