— Похоже, это чудо-юдо с нижних этажей, где снега поменьше, — пришёл к тому же выводу Беляев, с трудом отодравший кусок языка от щита. — Наверняка забилась в пещеру на обратном пути. Похоже, гон совсем недавно закончился, и монстры начинают возвращаться на свои привычные места.

— Снаружи местное солнце уже светит вовсю, — доложил появившийся из-за изгиба тоннеля Сергей. — Других монстров поблизости не видно, но чёрт его знает, что у нас там теперь под ногами ползает…

— Надеюсь, что выяснять не придётся, — дёрнула головой Коровина. Судя по всему, оранжевых червяков вспомнила.

Снаружи действительно оказалось тихо и спокойно. Откуда-то издалека доносился рёв местной живности, порой полный боли и ужаса, однако мы любопытничать и узнавать, что там такое происходит, не стали. Напротив, как можно скорее, определившись с нужным направлением, отправились к лагерю.

Не скажу, что обратный путь по четвёртому этажу «Ледянки» выдался спокойным. Конечно, мы старались держаться поближе к столбам, чтобы не торчать на открытом пространстве, и подолгу разглядывали снежную пустыню, выискивая возможную засаду на маршруте. Однако все эти меры предосторожности не спасали нас от стычек с монстрами.

Практическая каждая пещера на нашем пути была занята какой-нибудь тварью, а то и несколькими. И большая часть из них прямо-таки горела желанием вкусно позавтракать.

Особенно мне запомнилось ледяное перекати-поле. Трёхметровый сетчатый шар с короткими лапками и шевелящейся тварью, удобно расположившейся в самом центре в подобии кокона.

Юркая, вёрткая, да к тому же любящая плеваться животинка. Причём, по какой-то лишь ей ведомой причине, в основном доставалось нашей копейщице.

Впрочем, моральные страдания Селивановой с лихвой окупились, когда над поверженным монстром материализовался крупный кристалл маны. Девушка даже в танец пустилась, моментально позабыв все те высказывания, которые адресовала совсем недавно в сторону «дыры» и всех её обитателей.

Кстати, стоит отметить, что улов с монстров действительно оказался вполне солидным. И уже подходя к остаткам перевалочного лагеря, большая часть карманов наших рюкзаков была забита кристаллами всевозможных размеров. Видимо, перенасыщенный магический фон, возникший во время выброса, позитивно сказался на их формировании.

В лагере, а точнее, в том, что от него осталось, мы пробыли совсем немного. Ничего полезного в руинах, заметённых снегом, мы не нашли.

Конечно, была вероятность, что что-то полезное было под толстой коркой льда, однако ни возможностей, ни желания проводить раскопки не было. Особенно после того, как в одном из зданий Сергей обнаружил вмороженный в лёд скелет с редкими кусками плоти.