По крайней мере, в протоколе, который я потребовал посмотреть, никаких подробностей не имелось. Просто гражданин, просто сознательный…

— Это не я, — пожал я плечами, возвращая бумажку, которую и документом-то назвать было нельзя, обратно. — Того смутьяна, судя по всему, наряд забрал и куда-то увёз. Вот у них и спрашивайте.

— Не нужно здесь умничать, гражданин Серов! Нам точно известно, что это были вы! И вам лучше пойти навстречу следствию и проехать с нами в отделение для дачи показаний, — подался вперёд второй следователь, видимо, играющий роль злого полицейского. — На данный момент вам предъявляется обвинение в совершении побега. И если вы будете мешать или сообщать заведомо ложную информацию, то даром с рук это вам не сойдёт!

— Извините моего коллегу, Максим Витальевич, за чрезмерную импульсивность, — Костиков вроде бы как осуждающе посмотрел на Никольского, — но кое в чём он всё же прав. Подтверждённая информация у нас на руках имеется, так что в ваших же интересах с нами сотрудничать. И если вы сейчас же с нами поедете, то, гарантирую, это вам зачтётся…

— Извините, господа, но я что-то не расслышал, в чём меня конкретно обвиняют? И что именно меня. В вашей бумажке, который вы именуете протоколом, даже фамилии не указаны. Ничьи.

— Все документы у нас в участке, — после едва заметной заминки произнёс Костиков. — И как раз, чтобы с ними ознакомиться, вам нужно проехать с нами.

— Спасибо, но у меня и своих дел полно, чтобы ещё со странной парочкой по городу кататься, — я улыбнулся, заметив, как побелел Никольский. — Давайте так, голуби сизокрылые. Вы либо прямо сейчас показываете мне документы на задержание, причём с моей фамилией и всеми возможными печатями, либо я вызываю представителей уже имперской полиции, и пусть они во всём разбираются.

— Зря вы так, Серов, — убрав маску любезности, произнёс Костиков. — У вас был шанс всё уладить, и если мы сейчас уедем одни, то на мирный исход вам надеяться уже не стоит.

— Если у вас всё, господа, то настоятельно рекомендую удалиться. И в следующий раз с подобными глупостями ко мне не являться, дабы не выставлять себя на посмешище. Вы всё же мундир Империи носите, стыдно должно быть за такое поведение, — покачал я головой.

— Ты ещё жизни нас поучи, дворянский вы… — Никольский подался вперёд, словно намеревался просочиться сквозь разделяющую нас решётку, однако Костиков успел перехватить коллегу, после чего потащил того к припаркованной неподалёку машине.

— Эх, опять планы перекраивать изо всяких торопыг… — пробормотал я, наблюдая за тем, как следователи усаживаются в автомобиль. А уже спустя мгновение махал появившейся на перекрёстке Дарье.