Я ничего не ответил, потому что находился в плотном окружении рыцарей, конвоирующих меня прямо к шагающей крепости.

И чем ближе я подходил, тем тревожнее становилось. Я не раз, особенно вскоре после того, как вернулся из Игры Короля, представлял нашу с Анэйрис встречу. О том, что ей скажу, о том, что скажет она. Прокручивал эту встречу по различным сценариям…

Но теперь это меня пугало.

Любил ли я её теперь? Наверное все же нет.

Та любовь была “паразитической”. Я любил в ней то, что отсутствовало у меня. Она познавала жизнь, была очарована ею, а я существовал, давно потеряв надежду, но по инерции продолжая двигаться вперед. Возможно лишь сейчас я начинаю понимать, каково это — жить по-настоящему. И чем больше думаю об этом, тем сильнее уверяюсь в истинности данных мыслей.

Но даже если та любовь мертва, то это лишь сильнее всё усложняло. Кто мы в данный момент друг другу? Особенно теперь, когда я превратился в Вестника, а внутри меня осколок души её бывшего возлюбленного.

Оставалось лишь сделать глубокий вдох и просто плыть по течению. Мне нужно увидеться с Анэйрис так или иначе…

Наконец мы прошли под саму шагающую крепость и оказались прямо у неё под брюхом, после чего внезапно остановились.

— Мы чего-то ждем? — спросил я, не понимая, что именно должно произойти.

Никто из воинов и не подумал мне ответить, но уже через несколько секунд необходимость в этом отпала, потому что прямо вокруг нас возникло кольцо из света, а в следующий миг мы уже находились внутри какой-то каменной залы с высоким потолком. Словно инопланетяне украли!

И вот я уже стою в окружении ещё большего числа солдат, потому что комната была буквально заполнена ими, причем некоторые из них были очень сильными. Я буквально чувствовал, как все пространство вокруг заполняется мощной энергией хаоса.

Солдаты, окружающие меня расступились, и вперед вышел лощеный блондин, вышагивающей надменной, аристократической походкой.

— Люмэр, — прорычал Герран, и теплоты в его голосе не было. — Сильнейший Столп Анэйрис. Значит, он ещё жив…

— Судя по “радостному” голосу, вы друг друга не слишком любили?

— Он любил её, и Анэйрис этим пользовалась, — пренебрежительно фыркнул мужчина.

— А, вот оно что, — кивнул я.

Мне этот Люмэр тоже не слишком понравился. Особенно этот взгляд, смотрящий на человека исключительно как на дерьмо, недостойное внимание.

— Чужак! Великая Покровительница Холода благодарна тебе за помощь и обещает, что если ты поможешь нам захватить Угса-Тахэ, она щедро тебя одарит.

— Я могу её увидеть? — проигнорировал я его слова.