— Ну что вы стоите. Присаживайтесь.
Чем больше я смотрел на мужчину передо мной, тем более знакомым он мне казался. После слов Вари я подумал, что дело в том, что я видел Игоря раньше, больного, прикованного к постели и пораженного неизлечимой болезнью, но теперь всё было иначе.
Я активировал проклятое зрение и увидел, как от мужчины расходятся нити проклятых символов, опутывающих все вокруг. Он не просто пробужденный, в этом не было никаких сомнений. Но, тогда, кто?
Я всмотрелся в вязь окружающих его символов, и ответ сам собой пришел мне в голову. И выудил я его из остатков памяти Геррана, которая всё ещё была где-то на границе моего подсознания сгустком информации, который я особо старался не трогать.
— Ньорд.
— И это тоже я, — улыбнулся он, и его лицо дрогнуло. Песчинки пришли в движение и на миг сменили черты лица, демонстрируя старого Ньорда знакомого Геррану, но уже через несколько секунд перед нами вновь предстал Игорь Чехов. — Ну правда, присаживайтесь. Думаю, нам есть о чем поговорить.
Глава 29
— Как такое возможно? — спросил я, внимательно разглядывая мужчину по другую сторону стола.
Игорь Чехов, потерянный брат Варвары, и в довершение каким-то странным способом оказавшийся Ньордом, проклятым Вестником, который якобы сошел с ума. Причем в этом был убежден и сам Герран, а его знаниям я доверял. Как это возможно? Я пока не понимал…
— Всё… сложно. Когда ты пришел, я как раз пытался объяснить, что со мной произошло, Варваре, — улыбнулся он девушке. — Сестре до сих пор тяжело поверить, что я тот же человек. Если коротко, то пятидесятый этаж Бездны, который “Буревестники” пытались покорить, был далеко не тем, чем казался. Всё в точности как с этажом, где был Хенарим. Это был проход в одну из темниц Ньорда Многоликого, Вестника Пепла, где был запечатан фрагмент его души. Совсем небольшой, но все же, — хмыкнул мужчина. — Если с Покровительницей Холода и Несущей Чуму Создатели поступили “мягко”, просто заточив их, то вот Ньорда они в буквальном смысле расчленили, потому что не смогли убить или пленить. Фрагмент его души был запечатан, но та темница была несовершенна, и вскоре сила фрагмента души стала распространяться по своему вместилищу. Так появился тот самый проклятый этаж. Но фрагмент вовсе не пытался убить тех, кто заходил на пятидесятый этаж, он искал себе сосуд. Того, кто способен был вместить знания и силу.
— И им стал ты, — понимающе кивнул я.
Полагаю, что это было что-то похожее на то, что было со мной и Герраном, но судя по всему, его процесс слияния был проведен гораздо жестче. И что-то мне подсказывает, что его “призрак” не ушел так же легко, как мой.