Бумаг было действительно много. «Буревестник» пытался всячески прикрыть свой зад от любых возможных проблем. Тут были и отказы от любых претензий, и соглашение о неразглашении, и многое другое, чего я даже при повторных попытках прочтения всё равно не понимал. Было видно, что над документами поработали люди, которые знали толк в подобных извращениях. Человек в нормальной ситуации всего этого подписывать точно бы не стал. По документам на две недели я превращался чуть ли не в собственность «Оазис-Один» со всеми вытекающими.

Это пугает, но есть ли у меня иной выбор?

— Странное соглашение о неразглашении… Тут всего одна строчка.

— Это сущая формальность, — быстро сказал юрист, а мужчина, судя по всему, был одним из юристов гильдии.

— Тут написано, если я расскажу о чём-то, что узнаю в этих стенах, — всё же настоял я на своём, — гильдия убьёт меня и всех, с кем я вступал в контакт. Вы совсем с ума посходили? Это «законом» даже и не пахнет!

— Мне тоже это не нравится, Стас, — выступила вперёд Варвара. — Но ты не представляешь, о каком уровне секретности идёт речь. Так что всё очень серьёзно. Подписав этот документ, ты соглашаешься с тем, что всё, что ты узнаешь, останется тайной. Достаточно вспомнить скандал со «Стальной Лигой», чтобы понять, зачем это нужно.

Я скривился, но кивнул. Скандал и впрямь был знатный, полетели головы, некоторые даже в буквальном смысле. Насколько я помнил, «Стальная Лига» проводила не слишком этичные эксперименты на людях, и в итоге кто-то проболтался. В результате самая крупная и сильная гильдия мира была расформирована, а её члены влились в другие гильдии. По крайней мере те, кто по итогам расследования не был замешан в делах, которые и послужили причиной этого.

Похоже, «Буревестнику» есть что скрывать… Впрочем, от гильдии их уровня ожидать меньшего глупо. Даже «Волки», что управляют моим оборонительным блоком, на уровне «Буревестника» просто шпана. Одна их вылазка в Бездну приносит больше, чем годовой доход «Волков» с трофеев Зоны.

— Просто не болтай, и всё будет нормально. Обещаю, — мягко улыбнулась девушка, на миг блеснув своими зелёными глазами.

— Тебя этот пункт тоже касается? — настороженно посмотрел я на неё. Пусть я пришёл сюда по доброй воле, но это не значило, что я буду со всем согласен. Возможно, глупо показывать характер, когда оказался уже внутри, но ничего поделать я с собой не мог, да и не хотел. — Поэтому ты всё темнишь и не говоришь прямо, чем мы будем заниматься?

— Верно. Как только подпишешь, я тебе всё расскажу. А пока — извини, — виновато развела руками Чехова.