Оставлять свою виртуальную спутницу, вдруг обрётшую плоть, лежать в снегу и замёрзнуть насмерть я не собирался. Пусть даже она может быть не та, за кого я её принял. Будет иронично, если это окажется какой-нибудь монстр-мимик, притворяющийся человеком.

Ага, забавно, и тогда это последнее, что произойдёт в моей жизни. Правда, для этого надо ещё не замёрзнуть, так я взял курс на дым.

* * *

Путь был тяжёлым. Даже идти одному, в холод, без нормальной одежды, то и дело утопая в снегу, было тяжким испытанием, но мне ещё сложнее. Пусть в девушке и пятидесяти кило не было, но с каждым пройденным шагом казалось, что она становилась всё более тяжёлой ношей.

Несколько раз я падал на землю и был не в силах подняться. Но в итоге заставлял ослабевшее тело шевелиться и продолжал путь.

Несколько раз я всерьёз раздумывал над тем, чтобы бросить Артемиду. Даже приводил здравые доводы на эту тему: «Она не живая, а всего лишь ИИ», «Она может быть не той, кем кажется», «Она и так полумёртвая. Бросив её, ты точно спасёшься, а вот с ней…» и ещё целая куча подобных мыслей.

Но я уже давно решил, что не хочу быть ТАКИМ человеком. Пусть Зона и диктовала суровые законы, но если я мог помочь, я помогал. Если мог поступить правильно, поступал. Был честным и трудолюбивым, а не крысой. И бросить беззащитную девушку на произвол судьбы значило предать собственные убеждения.

Темнело слишком быстро, а я так и не добрался до нужного места.

И я всё больше терял надежду на то, что иду правильно. С того момента, как я видел дым, прошло уже несколько часов, и я лишь каким-то чудом ещё не окочурился от холода. Девушка тоже была слаба и, по правде говоря, я всерьёз опасался, что она отдаст богу душу раньше, чем я куда-нибудь дойду. Её дыхание было слабым, кожа бледной как мел, пульс едва прощупывался. Но, как и я, она была борцом, и все эти часы упорно цеплялась за жизнь, борясь с холодом.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и лес окутал мрак. Тягучий и жуткий. Без фонарика или иного источника света мы в буквальном смысле плутали наугад, окончательно теряясь в этом лесу. Казалось, куда бы я ни пошёл, везде было одно и то же, будто я попал в бесконечную петлю и иду по ней, не ведая завершения пути.

Всё яснее приходило осознание, что это конец, что никуда мы не попадём, но выработанное упрямство и упорство не позволяли останавливаться. Я просто шёл, борясь с накатывающей волнами усталостью. А ещё желудок стало скручивать от голода. Глупо было с моей стороны не завтракать перед началом эксперимента, но кто же знал, что всё выйдет вот так? Будь у меня хотя бы ножик, можно было попробовать разжечь огонь и даже как-нибудь переночевать, сделав импровизированное укрытие, но без огня и какого-нибудь инструмента мы замёрзнем.