— Думай, Стас… Думай…

Поняв, что немного согрелся, я завернулся в одно из вонючих одеял и стал изучать содержимое дома. Еды, разумеется, найти не удалось. Если таковая и была, то она давно испортилась. Но это потом, всё потом. Как известно, человек может прожить без еды и воды несколько дней, а я в этом «где-то» едва ли полдня.

Я толком и сам не знал, что ищу. Что угодно, что могло помочь согреть Артемиду, и быстро. В этот момент я думал в первую очередь о ней, так как двигаясь, я хотя бы грелся, а вот она такое сделать не могла.

Решение оказалось крайне неожиданным. В доме напротив входа находилось подсобное помещение, в котором владельцы хранили всяких хлам. На первый взгляд, я не обнаружил там ничего полезного, но взгляд вдруг зацепился за… деревянный таз. Хотя, скорее уж бадью, широкую и достаточно глубокую, чтобы в неё мог поместиться человек. А если постараться, то даже два…

— А почему бы, собственно, и нет?

Перетащить бадью поближе к печке было сложно, но это не заняло много времени, благо её можно было тащить боком. Сама печь была весьма широкой, так что я без труда водрузил на неё всё, что могло более-менее удерживать воду. С тем, откуда эту самую воду брать, тоже проблем не было. Я просто выходил на улицу и набирал снега. Тут он был чистым, каким бывает снег только за пределами города в какой-нибудь глуши, где нет последствий человеческой деятельности.

Пока всё это нагревалось, я осторожно раздел девушку, что оказалось не таким простым делом. Уж крайне странным был у неё наряд и разобраться, как тот снимается, было не так-то легко. Человека, что его придумывал, не слишком волновало удобство облачения и снятия. Да и действовать одной рукой в этом деле было довольно выматывающе.

В конце концов, я смог разобраться с этим странным костюмом и избавить девушку от одежды, чувствуя себя при этом немного извращенцем. Её формы были уж очень соблазнительными, практически идеальными, но глазеть и уж тем более лапать Артемиду я не стал. Вместо этого я поместил её в бадью, уложив поудобнее, после чего одну за другой стал выливать ёмкости с горячей водой.

Почувствовав горячую воду, девушка зашевелилась и едва слышно застонала.

— Эй, Артемида! — бросился я к ней, но в себя она так и не пришла.

Я вновь похлопал её по щекам, но никакой реакции. Но, что я заметил довольно быстро, её дыхание стало гораздо ровнее, а сердцебиение увереннее. Значит, кризис миновал, и теперь можно надеяться на лучшее.

К моменту, когда я налил в бадью достаточное количество горячей воды, мне и самому жутко захотелось искупаться. Печка пусть и грела, но чтобы полноценно прогреться после многих часов плутаний, хотелось принять горячую ванну…