Я трижды повторил инструктаж, чтобы быть уверенным, что меня поняли. Мы ждали еще несколько часов, пока над озером не установилась мертвая тишина. С трех сторон три бригады спустили плоскодонки на воду и неслышно погребли к центру озера. Оставшись на берегу, я с замиранием сердца ждал, когда ночную тишину разорвут возмущенные крики гусей. Когда американец принес гуся, моя первая мысль была даже не о мясе. Я представил себе омлет, от которого легкой струйкой поднимается пар. Желудок заурчал, реагируя на импульс мозга, сигнализируя о готовности расправиться с омлетом.

Пять минут показались вечностью, пока тишина не взорвалась криками и хлопаньем крыльев. Почти одновременно послышались и крики моих «гуселовов»:

— Держи, вяжи, она кусается, тяни.

Тяжело хлопая крыльями, словно бомбардировщики, груженные бомбами, невидимая в темноте стая оторвалась от воды. Послышался крик вожака, подхваченный несколькими гусями, и стая стала удаляться, пока вдалеке не затих крик вожака, уводившего гусей от врага.

Первая лодка появилась спустя несколько минут: на дне плоскодонки отчаянно кричали пойманные птицы, которых рыбаки свалили вместе с сетью. При свете факела было видно пять гусей, с ними пришлось повозиться, выпутывая их из сетей. Каждую птицу связывали, лишая возможности взлететь. Гуси шипели, стараясь побольнее ущипнуть руки, три птицы просто молчали, сжавшись в комок. Шипевшие две птицы были крупнее и агрессивнее, я предположил, что это самцы, и оказался прав.

Вторая лодка оказалась не столь удачливой: у них лежали две связанные гусыни, еще две освободились во время вытягивания сети. Последней пришла лодка с Бером, еще до подхода к берегу слышались возбужденные голоса людей и недовольное шипение пойманных птиц. Улов третьей лодки оказался самым богатым: двух самцов и шесть самок торжественно выложили на берег. При свете факела я смог нормально рассмотреть пойманных птиц. Они оказались мельче гусей виденных мной в деревне. Серые с белыми подпалинами самцы, и просто серые самки, размерами уступающие самцам. Всего поймали четырех самцов и одиннадцать самок.

— Бер, несите их в скотный двор. Пусть овец перегонят к загон к козам, а гусей пока устроим там. Но перед тем как развязать птицу, нужно им коротко остричь крылья, иначе они улетят.

Чтобы быть уверенным, что парни ничего не напутают, пошел за ними. Завтра начну строить птичник недалеко от озера, чтобы гуси могли плавать. Если их подержать пару дней взаперти, они быстро привыкнут к человеку. А своевременная подкормка этому только поспособствует. Когда наступит весна, отделим самого крупного самца, чтобы только он оплодотворял самок. Да и из самок тоже нужно выбрать самых крупных, остальных можно будет просто откормить и забить. Именно так проводилась селекция в раннем средневековье: путем отбора наиболее крупных особей. Через несколько поколений гуси практически разучатся летать, набрав дополнительную массу.