— Вперед, — дал он команду, не дожидаясь полного построения, сам рванувшись за братом. Недостаток мастерства Мал компенсировал яростью и силой, заставив попятиться назад врагов. Но секунду спустя пропустил удар воина Урха в спину, Миха едва успел парировать этот удар, подставив меч.

— Мал, назад, — крикнул он изо всех сил, наотмашь ударив мечом одного врага и увернувшись от удара второго. В эту секунду воины Русов пронеслись вперед, разметая противника сплошной стеной своих копий. Миха на мгновение потерял брата из вида, а в следующую секунду увидел, как огромный воин Урха опускает дубину на голову Мала, успевшего вскинуть меч и частично отвести удар, но сила удара была такова, что брат пошатнулся и упал на колено.

— Мал, — закричал Миха, понимая, что не успеет к брату. Понял и Мал, что не успеет встать: бросив меч, он нырнул под ноги великану и вонзил маленький нож тому прямо в пах. Урха взревел, роняя дубину, хватаясь за причинное место. Словно кошка, рванулся ему навстречу Мал и, ухватившись одной рукой за гриву волос, второй рукой полоснул по горлу. Воин упал навзничь, погребая под собой Мала.

Миха добежал до убитого и напрягшись стащил его с залитого кровью брата.

— Ты ранен?

— Нет, не знаю… — Мал встал на ноги, ища глазами свой меч. Русы тем временем теснили врага, один за другим падали сраженные Урха.

— Будь здесь, не лезь впереди всех, — Миха встряхнул брата за шиворот, — мы пришли найти отца, а не умереть, как глупые дикари.

— Знаю, — огрызнулся Мал и, найдя меч, радостно вскрикнул. Меч у него был именной. Лайтфут вложил много сил в это оружие, чтобы потешить второго сына Макса, бывшего его любимцем.

Миха окинул поле боя взглядом: исход боя он знал еще до высадки, их встречало около сотни воинов. Половина из них валялись убитыми и ранеными, остальных Русы взяли в плотное кольцо, сдавив со всех сторон щитами, не давая пошевелиться. Помня наказ Михи, Русы решили взять этих воинов в плен. По всему поселению неслись крики женщин и детей, убегавших в лес. Несколько воинов из центра поселения спешили на помощь своим. Увидев картину разгрома, развернулись и удрали в сторону группы скал, вдававшихся в море.

Взгляд Михи упал на дикаря, показавшегося ему знакомым. Это оказался один из тех, кто провел в Макселе три месяца. Судя по внешности, он не был воином, но, получив стрелу в левую руку, стоял на коленях на песке, подняв правую руку без оружия.

— Эй ты, иди сюда, как тебя зовут?

— Рек, — отозвался Урха, тяжело поднимаясь на ноги.

— Скажи вашим воинам, что я не убью тех, кто бросит оружие и встанет на колени. И еще, где мой отец Макс Са? — Миха удержал Мала, рванувшегося к сдавшемуся Урха.