— Мал, что я тебе сказал перед отъездом?

— Охранять город и слушаться брата, — потупив голову ответила живая копия моей погибшей Мии.

Я не хотел ругать сына, понимая, что любовь к отцу толкала его на безрассудные поступки. Но, с другой стороны, если сейчас его не остановить, потом такое непослушание станет нормой.

— Мал, если бы ты погиб, кто ответил бы за твою смерть передо мной? — сын поднял глаза, в которых стояло непонимание.

— Кто оказался бы виновным в твоей смерти? — перефразировал я вопрос.

— Главный Дух-Бог? — вопросом на вопрос предположил Мал.

— Нет! Разве Главный Дух-Бог велел тебе бежать впереди воинов нарушая строй?

— Никто не сказал, — подумав, согласился сын, — значит, никто и не виноват кроме меня?

— Я бы ответил, потому что не выполнил приказ отца, — вмешался в разговор Миха, поняв куда я клоню.

— Вот именно, — поддержал я Миху, — ты, Мал, не послушался приказа старшего брата и полез рисковать. Я понимаю, что ты смел и не думаешь о последствиях, но ты подводишь того, на кого я возложил ответственность. И точно так же ты будешь отвечать передо мной, если позволишь погибнуть младшим братьям. Ты меня понял?

— Понял, Макс Са, — Мал кивнул, но раскаяния в глазах у парня я не увидел. Я привлек к себе сына:

— Пойми, Мал. Для любого отца самое главное на свете — его дети. Даже когда я уйду на Небо, часть меня останется жить в каждом из вас, моих сыновьях. А сейчас идите и приведите себя в порядок, нам предстоит много дел, пора решить судьбу племени Урха и его вождя.

Миха и Мал ушли, я увидел, как через поселение в мою сторону идет Бер, поддерживая за плечи Тиландера. Мой старый верный Герман, не удержавшись на месте, двинулся ему навстречу, улыбаясь во весь рост. Тиландер выглядел помятым, словно пару суток участвовал в попойке.

— Шаман поил его отваром своей травы, я такую не знаю, — Бер словно оправдывался за вид американца.

Герман! — Я обнял и прижал к груди американца, плечи которого стали подрагивать: отпускало напряжение последних дней.

— Я ничего не мог поделать, даже не помню, где я находился, если не считать одного разговора с этими тварями. Тебя в яме держали, пока я прохлаждался наверху в компании наркомана. Но я ничего не помню, Макс, — Тиландер виновато потупился.

— Глупости, Герман, мы победили, мы вместе. Жаль, Лара уже не вернуть, как и наших остальных воинов. Но Картер ответит за их смерть! — При воспоминании о ЦРУшнике кровь вскипела в венах. Усилием воли подавив желание немедленно повесить американца, обратился к Тиландеру:

— Герман, «Стрела» села на мель и, видимо, довольно основательно. Отдохни, приди в себя и попробуй снять нашу шхуну с мели.