– Что происходит? – потрясенно выдохнула она.

Мужчина сделал еще один шаг к ней, а Мила снова отступила.

– Зачем ты к ним ходила?

– Хотела показать фото нашего следователя. Выяснилось, что он же работал врачом в клинике.

– А потом? Куда потом пошла? В гостиницу?

– Нет. Поехала к Зинаиде. Давид, об этом-то я и хотела с тобой поговорить. Ты бы видел ее! Она словно… словно превратилась в труп. Кожа землисто-серая, и, кажется, Зина похудела на десяток килограммов и на столько же постарела.

– Ты общалась только с ней? – перебил Давид.

– Нет. Еще с соседкой. Зинаида не открывала дверь, и выглянула соседка. Я с ней разговорилась. По словам старушки, с Зинаидой творится что-то странное. Точнее, она больна, а заразила ее Света. Якобы над девочкой проводили опыты, а возвратившись, она заразила мать. И знаешь, я согласна с этой соседкой. Если бы ты видел…

– Какой же я идиот! – прорычал Давид. Мила замолчала, ошарашенно смотря на него. – Она была права. – Он отступил к окну и теперь перебирал невидимые клавиши пальцами обеих рук. – Да, это она, но почему? – Пауза. – Нет, я не заметил. Почему нет скрывающего артефакта? Он что, вшит?

И тут до Милы дошло: Давид с кем-то разговаривает. Она вспомнила, как тогда, в отпуске, к ней явился призрак. И тогда тоже сильно похолодало. Неужели Давид общается со своими предками, которые незримыми тенями следуют за ним и помогают?

Момент, когда мужчина приблизился вплотную, Мила пропустила. Она и моргнуть не успела, как он одной рукой обхватил ее затылок, прижался к губам и стал жадно целовать.

Вторую руку, с зажатым в ней амулетом, он поднял за спиной девушки, начертил в воздухе руну, и у ног Милы появилось белесое облачко. Миг – и оно превратилось в худую, высокую женщину. Женщина пролетела сквозь целующуюся парочку, а затем растворилась.

Естественно, ничего этого Мила не видела. Она обняла Давида за шею и прижалась крепче, углубляя поцелуй. Из головы вылетели все мысли.

Поцелуй прервал Давид. Он оттолкнул Милу и отступил от нее.

Ардо потерянно смотрела на мужчину, пытаясь сообразить, что произошло.

– Зачем? – хрипло выдавила она.

– Ты была права.

Давид отошел к окну, повернулся к Миле спиной. По пути он незаметно убрал в карман джинсов кулон.

– Ты хоть раз мне ответишь?! – процедила Мила сквозь зубы.

И замолчала, поняв, что слабость и недомогание прошли. Она чувствовала себя очень даже хорошо: тело наполнилось легкостью, усталость исчезла.

– Ты изначально была права. Это Света, – признался Давид. – Я пока не знаю каким образом, но с Зинаидой что-то творит ее дочь. Девочка высасывает из матери силы по такому же типу, как это делал бы сосальщик. Но почему я не почувствовал в ней магии?