Она почти дотронулась до женщины, когда ее руку перехватили.

– Не нужно. – Давид оттеснил Милу и сам проверил пульс. – Она жива. Вызови скорую.

Ардо облегченно выдохнула, достала телефон и набрала номер. А затем поспешно надела перчатку, мысленно благодаря коллегу, избавившего ее от возможных мучений.

– Что со Светой? – спросила обеспокоенно.

– В комнате.

– И что будем с ней делать? Ты же понимаешь – девочке нельзя контактировать с людьми. Если она такое сделала с матерью…

Мила снова посмотрела на Зинаиду. А если бы они с Давидом не приехали сегодня? Если бы не успели? Об этом не хотелось думать, но женщина, вероятнее всего, умерла бы. И почему она в прошлый свой визит скорую не вызвала? Зачем пошла на поводу у Зинаиды?

– Я не знаю, – прервал ее размышления Давид. – Нужно связаться с Громовым и все ему рассказать. Пусть сам решает, что делать с этим, – он указал на дверь, подразумевая Свету.

Мила кивнула. Она тоже не представляла, что теперь делать.

Минут через пятнадцать приехала скорая, за ней – полиция и Георгий Иванович, которому Мила позвонила, пока ждали медиков. Зинаиду увезли в реанимацию. Света из своей комнаты не показывалась. Мила даже побоялась спросить, что с ней сделал Давид, раз девочка притихла.

– Что произошло?! – воскликнул Георгий Иванович, как только вошел.

Мила кивком указала ему на окно, предлагая отойти туда. Они втроем находились в спальне, откуда недавно медики забрали хозяйку квартиры.

– Мы приехали попрощаться с Зинаидой перед отъездом и нашли ее без сознания, – пояснила Ардо. Она пока не знала, что можно говорить участковому, а что нет. Вряд ли он поверил бы, что состояние Зинаиды – дело рук ее дочери.

– Но почему Света мне не позвонила? – схватился за голову Георгий Иванович.

– Наверное, не знала, что мать без сознания.

Произнеся это, Мила вопросительно посмотрела на Давида, надеясь, что он поможет уйти от расспросов. Но коллега молчал, предоставив выкручиваться ей самой.

В комнату заглянул один из полицейских:

– Георгий Иванович, а что с квартирой-то делать?

– Я позвоню сыну хозяйки. Он приедет, заберет сестру и закроет квартиру.

– Так девочку же опека забрала, – сообщил полицейский.

Мила, участковый и Давид переглянулись. О том, что приходил кто-то из органов опеки, им никто не говорил.

– Какая еще опека? – нахмурился Георгий Иванович.

– Пришла женщина, сказала, что из опеки, показала удостоверение и забрала девочку. Я думал, вы знаете.

Давид бросился вперед, отталкивая полицейского, стоящего в дверном проеме. Выбежал на лестничную площадку и, перепрыгивая ступеньки, понесся вниз, на улицу. Благо по пути ему никто не встретился.