– Расскажи хотя бы вкратце, зачем тебе это? Ты ведь не полицейский, а консультант. Или как это называется? – недовольно нахмурился Стеклов-старший. Естественно, отец не знал ни о какой организации «Око бесконечности». Но Иван не собирался о ней рассказывать.

– Это тайна следствия, – процедил он. – Если не хочешь помогать, так и скажи. Я попробую найти другой способ достать этот чертов ордер!

Отец пристально его рассматривал несколько долгих секунд, а потом все же согласился.

– Ладно. Дай мне время. Нахрапом это не делается.

– Сколько?

– Я должен связаться с людьми…

– Отец, столько тебе нужно времени?

– Я не знаю. Пару часов.

– Хорошо. – Иван поднялся из-за стола и развернулся к выходу из кухни. Но потом посмотрел на отца. – Спасибо.

***

Разбудило Давида легкое прохладное поглаживание по щеке и еле уловимый женский шепот.

– Сынок, родной мой, вставай. Давид, проснись. Милый мой, тебе нельзя спать. Проснись.

Давид пошевелился, попытался открыть глаза. Получилось не с первого раза. Все затекло, а голова пульсировала от боли. Наконец ему удалось поднять веки, и он уставился в бетонный потолок, видневшийся через толстые металлические прутья.

Несколько минут Давид лежал не двигаясь, стараясь вспомнить кто он и что это за место. И если имя вспомнилось довольно быстро, то вот последние воспоминания будто корова языком слизнула.

Пока он не двигался, голова болела терпимо, а стоило ему сесть, как мир закружился. Боль стала невыносимой, и Давид схватился за голову. Крепко зажмурился, контролируя тошнотворный комок в горле. Обладая низким болевым порогом, он считал, что способен вытерпеть любую боль. Но сейчас не выдержал, тихо застонал. Казалось, кто-то клещами вытягивает его мозг.

Когда головокружение немного утихло, Давид снова открыл глаза и осмотрелся. Первой мыслью было: у него галлюцинации. Он сидел на тонком ватном матрасе, лежащим на бетонном полу. А вокруг – клетка из толстых металлических прутьев, размером примерно три на четыре метра.

За прутьями просматривалось огромное явно подвальное помещение. Тусклая лампа скудно освещала пространство, но позволяла увидеть, что клеток здесь стояло десять штук, и две из них, не считая той, где лежал Давид, заняты. Мужчины там находились или женщины, он не разобрал, так как люди были без сознания.

Осмотрев свое «жилище», Давид заметил возле матраса пол-литровую бутылку. Отвинтил крышку, понюхал содержимое. Не уловив запахов, приник к горлышку. Жидкость, оказавшаяся обычной водой, смочил пересохшее горло, и мужчина облегченно выдохнул, когда тошнотворный комок пропал. Закрутив крышку и положив бутылку на пол, он попробовал подняться на ноги. От резкого движения голова снова закружилась, и, чтобы не упасть, Давид схватился за прутья решетки.