Толик ответил — сказал, что будет ждать, так что надо двигать к нему. Я распрощался с семьёй Якута, зашёл в магазин по пути и минут через двадцать добрался до нужного места.

Жил Толян в общаге-малосемейке, построенной при старом радарном заводе. Изначально там обитали работники завода, и хотя он давно закрылся, люди там пока ещё живут приличные. А вот со временем они будут продавать свои жилища, и туда начнут заселяться всякие маргинальные элементы, и уже к концу нулевых мы будем ездить туда как на работу. Чуть ли не каждую неделю там будет или труп, или износ, или тяжкие телесные, а уж коллеги-опера, которые кражами занимались, вообще могли бы там дневать и ночевать.

Коридор узкий, по обе его стороны тянулись бесконечные двери комнат. Ещё здесь санузел и кухня общие, что, конечно, было неудобно. Впрочем, Толик этого особо и не замечал, потому что он, бабник, ночевал здесь редко.

Я постучал в дверь с номером десять, не открывали. Зато скоро послышался топот за спиной.

— О, Паха, ща хавать будем! — прокричал довольный Толян.

Он в одной майке, трусах и тапочках гордо шёл по коридору, держа в руке чугунную сковородку, из которой валил пар. Но там у него только макароны, больше ничего.

Он пихнул дверь, и я вошёл вслед за ним в мелкую комнатушку. Из мебели здесь только солдатская кровать, тумбочка, шкаф с отломанной дверью, за которым видна форма и повседневная одежда, и ещё табуретка. Вместо вешалки у двери вбиты гвоздики. На кровати лежал журнал с сисястой красоткой, на который Толян стыдливо бросил полотенце, затем поставил сковородку на тумбочку, а из отделения за дверцей достал хлеб и кусочек сала.

— Генеральское ещё, осталось немного, — объяснил он.

— Да уж, — сказал я, оглядываясь в комнате, — обстановка у тебя спартанская.

— Типа того, — он хмыкнул и пододвинул к тумбочке табуретку, а сам сел на кровать. — А, где наша не пропадала. А ты пузырь принёс, да? — он показал на мою куртку, у которой оттопыривался карман…

— Не, — я достал оттуда банку тушёнки и пару чокопаек. — Ешь давай, а я у Якута пельменей наелся.

— Да ладно, Паха, зря, что ли, я готовил на двоих? — он достал из тумбочки приличный швейцарский ножик и ловко вскрыл тушёнку. Содержимое банки он высыпал в сковородку. — Приземляйся да погнали.

Ну, по таким радушным приглашениям дважды не отказывают. Я взял ложку и сел поудобнее.

— Давай завтра с тобой на рынок сгоняем, — тут же предложил я, закусывая хлебом. — Оперативные позиции надо налаживать.

— Агентурную сеть решил расширять? — он зачерпнул полную ложку. — Да надо бы, а как? Я вот только того хитрожопого Ювелира зацепил, да он пургу гонит, в основном. Толку-то от него.