Для такого можно было выдернуть следака, передать все улики, но тогда бы не все наши поверили в это, ведь дядя Витя работал с ними всю жизнь, ещё до РУОП. Но если я сейчас смогу убедить его коллег, они и сами вспомнят разные странности. И всё сложится.

Мы опера, мы не работаем с судами напрямую, а только осуществляем оперативное сопровождение дела в рамках для следователя, чтобы тот систематизировал всю доказуху, подписал обвинительное у прокурора и дело направил суд.

Но сейчас в этом кабинете начинался почти настоящий судебный процесс.

— Не в первый раз ты такое удумал, — продолжил я, глядя на дядю Витю. — Сначала заказывал через Вагона, приказал ему, чтобы тот одноразового мокрушника нашёл, потом продолжал, подбивал под это дело других. Из-за квартир, значит. Побоялся, что он тебя раскроет?

Вилка, лежащая рядом с ним, немного измазана в кетчупе, её кроме него больше никто не брал. Костыль стоял в стороне, у окна, рядом с ним уселся Сан Саныч, обнюхал рукоятку, тоже испачканную в чём-то, и дальше сидел, пристально рассматривая, что есть на столе.

— Ты чё⁈ — дядя Витя поднялся. — Едрить тебя в ногу, ты совсем уже, Паха? Эй, это же я! — Опер обвел всех взглядом, ища поддержки. — Парня контузило просто. Вот и мелет чушь, бывает…

— Тебе и костыль не нужен, — я хмыкнул, но голос оставался спокойным, как у бывалого палача. — Ещё бы, столько беготни было, пока ты в больнице лежал, не до него. И я на реабилитацию не лёг, и ты тоже решил хитрить, дядя Витя.

Он оглянулся, заметив, как далеко стояла его палка. А Василий Иванович хлопнул себя по лбу, но ничего не сказал. Наверное, досадно стало старому оперу, что такое недоглядел. Хотя он же первым заронил подозрение, вспомнил, что у Виктора жена работала на почте и в курсе, кто из стариков на участке живёт один.

— Давно понял, — следом за мной в кабинет вошёл отец и уселся на стул, отгородившись от дяди Вити спинкой. — Да признаваться сам себе не хотел, думал — старею, паранойя. Помнил же, что все дела с квартирами через тебя шли, и что с Рудаковым ты вась-вась был, и с Борькой Кузьминым корешился. И все фигуранты этого дела тоже через тебя проходили когда-то.

— Короче, — Витя насупился. — Васильевы, батя с сыном, вы чё-то точно напутали. Знаешь, Лёха, я тебе по морде за такое настучу! Ты совсем уже, такое мне предъявлять⁈ Помнишь, как мы тогда с тобой…

— Ты давно боялся, что отец всё поймёт, — я откашлялся. — Вот и готовил киллера заранее. Одноразовый киллер, одноразовая машина, да и тех, кто избавился бы от мокрушника, ты бы тоже на тот свет отправил. У тебя же Ганс был для таких дел…