А дальше пошла потеха, Владимир приказал восьми легионам переступить границы всех соседей, грабить и убивать, крестьян уводить в рабство, а пятьдесят процентов со всей добыче осядет в карманах легионов. В общем, его войны обуянные порывом жадности выполняли на сто процентов возложенные на них задачи, включая ежедневные изнурительные тренировки и постоянные переходы. К гордости Владимира после этой реформы не было ни одного случая дезертирства, его войны так и пылали боевым духом и буквально его боготворили.

Как выяснилось, в военной машине с империей ни одно соседствующее королевство тягаться не смогло и было всего несколько битв в которых Владимир принимал непосредственное участие, капитулировали не желая переводить войну в затяжную фазу. Но Владимир все равно содрал со всех невменяемо большую контрибуцию и буквально за полгода боевых действий, соседи присмирели и зауважали вставшую на ноги империю. Особо запомнилось лицо казначея, когда в казну, золото завозили телегами, он был в шоке, ведь ему в последствии, все лично, пришлось пересчитать.

— Ваша светлость, — отвлек внимание Владимира, грубый голос капитана его охраны и по совместительству секретарши. — Через час во дворце начнется суд.

— Хорошо Горвин, выезжаем, — произнес Владимир.

— Но ваша светлость, мне надо еще несколько минут, чтобы закончить с вашим плащом, — умоляюще пролепетал художник.

Владимир не стал вступать в полемику с холсто-марателем, и дождавшись, когда Горвин подставит мини стремянку ему под ноги, он с достоинством слез с лошади и подошел к художнику заглядывая в картину.

— Пока мне нравиться, рисуй в том же духе, — произнес Владимир.

На улице его уже поджидала роскошная удобная карета, в которой Владимир развалился на заднем широком сиденье. Помимо, постоянно сопровождающих его десятка слуг был еще целый взвод гвардейцев, которые организовывали его охрану. Нет конечно, в бою толку от них не было никакого, так как Владимир входил в тройку лиц империи, которым совершенно, не нужна охрана, они вполне способны в одиночку противостоять целым армиям. Но Владимир не мог отказать себе, он любил роскошь во всех ее проявлениях, и эскорт, который подчеркивал его статус одного из воротил этой империи.

Столица после прихода их к власти сильно изменилась, улочки стали чистыми здания красивыми и не было ни одного вора или попрошайки, ни то, что раньше, когда Владимир на второй день пребывания в этом мире вышел из дворца для проведения экскурсии по столице. Его встретила грязь, вонь, и даже разлагающиеся трупы, нищета, бомжи, воры, преступники всех мастей, он даже не предполагал на что пришлось пойти Бодряку, чтобы придать такой ухоженный вид столице, но Владимир еще помнил, как несколько недель подряд телегами вывозили трупы недовольных и прочих не желательных для проживания в столице личностей.