— С кем вы тут воюете? — задал кто-то вопрос, подойдя сзади. Я чуть заикой не стал. А развернувшись на голос, маленько не выпустил в говорившего остаток патронов, но вовремя узнал начальника штаба. Правда, если палец на спусковом крючке я в последний момент удержал, зато малый боцманский загиб оттарабанил со скоростью автоматной очереди, добавив в конце монолога.

— … грёбаные фрицы.

— Я конечно понимаю товарищ сержант всю вашу ненависть к немецко-фашистским захватчикам, только не могли бы вы, выражаться яснее, без всяких непонятных артиллерийских терминов. — Поняв, что сморозил что-то не то, докладываю уже нормально.

— С началом артиллерийской подготовки, мною обнаружено подразделение противника, выходящее из леса. По врагу был открыт сначала пулемётный, а затем артиллерийский огонь. Понеся потери, атакующие немцы, отступили обратно в лес.

— Почему решил, что это немцы, а не наши? Всё-таки ночь, мог и перепутать.

— Наши бы шли по шоссе, а не по дороге, идущей от брода, да и неоткуда нашим взять столько трофейных пулемётов. Впрочем чтобы не гадать, можно проверить, фрицы ещё недалеко ушли, можем догнать и спросить

Догонять никого не пришлось, так как на шоссейке стали рваться мины, выпущенные из немецких «пятаков», правда недолго, Мишка уничтожил их прямой наводкой из пушки. Ну, а атаку роты противника, отбивали уже совместными усилиями. Старлей пришёл не один, а с резервом, так что четыре ручных пулемёта, плюс пушка, проскочить гансам через полянку не дали. Фрицы отошли и, закрепившись на опушке, вызвали по нам огонь своей артиллерии и миномётов. Немецкие канониры отстрелялись на отлично, перепахав всю обочину шоссе своими снарядами, а когда артобстрел кончился, в штыки ударила первая стрелковая рота.

Пока мы бодались с немцами на шоссе, комбат снял с левого фланга роту лейтенанта Захарова, и повёл её в обход, за наш правый фланг, оставив на позициях только два станковых пулемёта. Ну, а как только мы отбили атаку, начштаба так же отвёл всех вправо. Заготовленные к нашей пушке снаряды закончились, поэтому взяв орудие на передки, вместе с расчётом отскочили в укрытие. В общем, как только фрицы начали артподготовку, первая рота, вобрав в себя резерв и всех кто с ним был, пошла по лесу, обходя немцев справа, и обрушилась с фланга на изготовившегося к атаке противника. А тут уже было пофиг, сколько ручных и станковых пулемётов приходится на «душу населения», всё решила внезапность и количество штыков. И хоть людей было примерно поровну, но ночью, да ещё и в лесу, и когда это, — Ура!!! — эхом разносится по всему лесу, а каждое дерево норовит воткнуть в тебя штык, тут уже становится страшновато. И фрицы побежали, только вот куда нужно бежать, «хрен его знает». Разбежавшихся по лесу гансов, отлавливали до самого утра, а наших, потом собирали ещё до обеда, некоторые вышли только на запах от полевой кухни.