— Докладывай, — что у тебя?

— Ночная атака отбита. Потерь нет.

— Вот видишь, товарищ адъютант. Потерь нет. Все бы так воевали как эти артиллеристы, давно бы до Берлина дошли. — Со вздохом подначивает комбат своего начштаба.

— Дойдём ещё. Нескоро, но дойдём. — Не сдерживаюсь я.

— Дойдём, только сколько по дороге людей потеряем.

— Всё у тебя, сержант?

— Всё — пожимаю я плечами.

— Ну, тогда отдыхайте пока, а вот к ночи будьте готовы.

— Всегда готовы! — Прикладываю я руку к пилотке. — Разрешите идти?

— Иди уже, пыонер. — Ответно козыряет мне «офицер». Пройдясь по селу, я заметил несколько 85-мм зенитных орудий, стоящих на южной и западной окраинах, правда, поговорив с артиллеристами, выяснил, что снарядов у них немного, а перевозить орудия в случае чего не на чем. Так что отбить одну атаку они ещё могут помочь, — а вот последующие? Ну, и то хлеб. Так что со спокойной душой я вернулся к своим.

Ночью мы опять дежурили вдоль дороги на Слизнево, но в этот раз всё обошлось, немцы не полезли. Видимо в прошлый раз хорошо получили по сусалам. На следующий день в Каменское перебралась рота сапёров, с целью наведения переправы через реку. Провели рекогносцировку, но на этом всё дело и встало. Тем более штаб дивизии из соседней деревни Клово, отправился куда-то на север, видимо искать и собирать в кучу разбежавшиеся полки. Наш батальон остался на месте, вместе с сапёрами оборонять район села Каменское, ну а так как выше комбата начальников над нами не было, то и день прошёл относительно спокойно. Немцы, конечно, постреливали из-за реки, но вели скорее беспокоящий огонь. Ничем не отличался от него и следующий день, правда с кормёжкой личного состава стало напряжно, тыловые обозы ушли вместе со штабом, поэтому пришлось напрягать местное население, ну и шарить по погребам, и голбцам брошенных, а также разрушенных домов. А чего зря добру пропадать? За зиму всё равно всё придёт в негодность, зато «вторым хлебом» мы полакомимся. Картошку в любом виде есть можно, было бы только где костерок развести.

Следующий день тоже почти ничем не запомнился, только километрах в десяти севернее нас, вечером слышалась стрельба из пушек, но не приближаясь к нам, быстро затихла. Зато прямо с утра 26 октября началось. Орудийная канонада не смолкала весь день, началось всё километрах в семи от нас, а продолжилось уже в четырёх. Но больше не приближалась и не отдалялась. Из чего я сделал вывод, что бои идут где-то в районе реки, и наши, скорее всего, пытаются наступать. Так как перестрелка иногда затихала, а через некоторое время продолжалась вновь. Высланная в сторону деревни Слизнево разведка подтвердила мои догадки, наступала всё-таки наша дивизия, видимо удалось собрать полки в кучу, и теперь подразделения выполняли приказ. Никаких указаний нам не поступало, так что остаёмся на месте, а вскоре веселье началось и у нас, так как фрицы решили прощупать нашу оборону небольшими разведывательными группами, правда обломались, и так с обломанными рогами и ушли восвояси. Вместе с сапёрами нас теперь было 250 человек, так что пехота смогла уплотнить свои порядки.