Послышались шаги и приглушённые женские голоса. Это Истер с Лизой вели к порталу Зару, притворяющуюся Алевтиной Афанасьевной.
Не могу ещё раз не отметить, что притворялась наша Зара очень талантливо. А если учесть, как девчонки мои её нарядили, то у несчастного советника шансов нет. Совсем нет.
Я, хоть и представлял себе примерно, что сейчас увижу, всё равно, был поражён… Ну, скажем, в самое сердце… Поражён тем, как соблазнительно, и, одновременно невинно и беззащитно выглядела Зара в образе Алевтины.
Огромные наивные бирюзовые глаза, продуманно-хаотичная причёска и точёная фигурка, завернутая в невесомый шёлк, сквозь который интригующе просвечивает чёрное кружевное бельё…
Девчонки ещё проявили инициативу, и дополнительно надели на Зару пояс для чулков, ну и сами чёрные чулочки, разумеется.
Это сразу дало + 100500 к эротичности её облика.
Да, у Паши шансов нет. Он вляпается по самое «не балуйся», как это говорится…
Я бросил взгляд на экран коммуникатора. В этот момент господин военный советник, собравшись с духом, как раз поворачивал дверную ручку, чтобы выйти в коридор.
— Зара, пошла, — я кивнул чертовке, и она уверенно шагнула в перламутр перехода…
Глава 7 Провокация
Ну а дальше… Дальше вся наша компания в полном составе, затаив дыхание, приступила к просмотру трансляции, которую вёл из полумрака гостиничного коридора наш Пронька.
Зрелище обещало быть весьма увлекательным и пикантным. Ну, по крайней мере, так было задумано.
А как оно получится, это уже во многом зависело от Зары. Но у меня было такое чувство, что она-то уж не подкачает.
Первое, что мы увидели на нашем экране, это то, как по коридору уверенной походкой Командора шествовал господин Крыницын, в котором бурлил и пузырился сложный коктейль эмоций. Собственно, эмоции и подталкивали его вперёд.
В состав этой гремучей мотивационной смеси входило и желание реабилитироваться в собственных глазах, и стремление овладеть этой непокорной женщиной… И её сопротивление загадочным образом распаляло его ещё больше.
Он рассчитывал, овладев её телом и подавив сопротивление, не только получить наслаждение, которое обещало быть изысканно-пряным и упоительным, но и установить свою безоговорочную власть не только над её телом, но и над душой, над всеми её помыслами и желаниями… Он, как всегда, стремился доминировать и повелевать.
Кулаки сжаты, усы самопроизвольно шевелятся, во взгляде — угрюмая решительность и плохо замаскированная похоть. Красавец, однако.
А навстречу ему двигалась Зара в облике Алевтины. По мере сближения с объектом наших манипуляций выражение её лица приобретало всё более обеспокоенное и сочувственное выражение, сквозь которое пробивалось вожделение.