И он копал. Копал и копал!

Поднимал свои связи, напрягал десятки людей и нелюдей, сжимал в руках бесценный артефакт, который Мишель отдала ему просто так, и наконец повезло.

Баронесса Вирджиния Саммельтон, вдова полковника Саммельтона и содержанка графа Ровелье. Тридцать два года. Ещё не старуха, но уже не юная прелестница.

Вот кому помешала милая девочка Мишель. Слишком любимая папина дочка.

А ведь казалось бы, какой в этом смысл? Но нет. Баронессе было мало. Слишком мало быть всего лишь содержанкой обеспеченного графа. Ей хотелось большего. Много большего!

И может даже родить графу полноценного наследника? Вот только он не спешил с предложением.

И в какой-то момент баронесса решила, что всему виной дочь.

Как вообще понять этих женщин? Пожалуй, это уже вне его возможностей.

И одним далеко не прекрасным вечером баронесса просто исчезла. По слухам уехала с молодым и щедрым любовником в южные королевства. И никто её не искал.

Лето в королевстве Вестарион оказалось невероятно жарким и довольно засушливым, спасали лишь артефакты свежести, которыми был оснащен дом и некоторые уголки личного парка, так что в город я выбиралась крайне редко и только ранним утром. В самом доме ходила в шароварах и легкой тунике - эта южная мода тут не была особо распространена, но мне понравилась сильнее всего из того, что нашлось в местных магазинах.

Ещё сильнее мне нравилось, что никто никого не упрекал (особенно меня!) за внешний вид, главное, чтобы лишнее ничего не просвечивало и не обрисовывалось, остальное можно.

Я похудела, загорела и стала намного лучше разбираться в артефактах. Разобрала, наконец, свои сокровища, педантично рассортировав монеты к монетам, украшения к украшениям, а артефакты и амулеты тоже отдельно. Научилась разбираться в том, что и как работает, просто глянув внимательнее. Сама сделала себе сережки с эффектом свежести.

В общем, без дела не сидела!

- Внуча! - в один очередной душный день выпалил дедушка Муса, когда я подошла в столовую на обед. - Танцуй и пой! Завтра утром едем во дворец!

- Зачем? - поморщилась.

Не любила я дворцы.

- Отставить кривить морды! - приказным тоном, но с ухмылкой заявил профессор. - Радио откалибровано, им заинтересовались в верхах. Едем. Не обсуждается. Бумаги уже все написаны, а я, сама знаешь, долго говорить не люблю. Так что балабольство с тебя, ты в этом ученая.

- Хорошо-хорошо, - согласилась, прекрасно понимая, что его не переубедить. И капризничать он умеет не хуже младенца, которого просто не перекричать. - Когда точно едем, как надолго и что мне надеть?