«Наблюдай!» .

Я отмахнулся от ненужных сейчас мыслей, сконцентрировавшись на самом разломе. Пространство, невероятно крепкое и гибкое, не разрывалось, как можно было предположить по самому названию аномалии. Вместо этого наша сторона как будто сшивалась с той внушительной мощи энергетическим потоком. Или даже растягивалась? Была одним целым и там, и тут? Не могу понять. Слишком сложно, чтобы так быстро и на одном конкретном примере со всем разобраться. Нужно больше времени и разломов, чтобы вычленить основные закономерности и отбросить всё ненужное. А лучше вообще понаблюдать за образованием разломов лично, ибо моментально даже такая, уже начинающая деградировать структура вряд ли появляется.

Надежды на то, что и эта тайна мироздания раскроется передо мной с первой попытки не оправдались. Разлом быстро потерял стабильность и закрылся, за чем я, конечно же, пронаблюдал до самого конца. И распадался он как раз хаотично, стоило только исчезнуть «растянутой» и связывающей два места части аномалии…

— Господин Геслер, вы в порядке? — Я приоткрыл один глаз, смерив взглядом приблизившегося мужчину в строгом костюме и нашивке комитета внутренней безопасности. Их тут сновало немало, как бы не большая часть всех тех, кто вообще тут присутствовал.

— В полном, спасибо за беспокойство. Просто практиковался в телепатии на свежем воздухе. — Кажется, скоро использование полуправды войдёт в привычку. — Что-то случилось?

— Обер-комиссар Ворошилов поручил узнать, всё ли в порядке. Также он интересовался вашими планами на следующий день. — Я задумался. Завтрашний день должен был быть свободным ото всего, этакий отдых, который для меня выбила комиссар Белёвская с Троекуровым-старшим на пару. Мол, слишком много впечатлений на такой короткий отрезок времени, что б практически сразу нырять в омут с головой. — Если у вас есть такое желание, вы можете лично с ним связаться. Номер у вас должен быть, или я продиктую…

— Я свяжусь сам, спасибо. Что-то ещё?

— Ничего. — Вот понял он уже, что у меня нет вопросов, так чего ж стоит и ждёт? Впрочем, знать о том, что мне такое не нравится, он, в общем-то, не должен.

— Тогда вы можете идти. — Мужчина развернулся и направился к своим напарникам, которые уже и не скрывались даже, следуя за мной по пятам вместе с ещё двумя пятёрками, предпочитающими дорожкам тропы среди зелени.

Я же достал телефон, ещё вольготнее раскинувшись на лавке. Немного подумав, я избавил ботинки от налипшей грязи и вообще разлёгся на досках, заполучив вид на иссечённое ветвями и листьями сереющее небо. Чем-то напоминает разводы на поверхности льда, сквозь который пытается пробуриться плазма…