— Да, — ответил я, улыбнулся и утвердительно кивнул головой. — Честно говоря, я уже плохо помню, что я тогда тебе наплёл. Я просто был не в себе.

— Серёжа! Серёженька! Прости меня! Я тогда… Я тогда тебя очень сильно обидела! Прости! Прости пожалуйста!!!

Она посмотрела на меня таким взглядом, что во мне что-то как будто перевернулось.

— Знаешь, — быстро затараторила она. — Я потом хотела тебя найти, но ты уехал в училище. Я даже приезжала в Одинцово, но меня к тебе не пустили. Сказали, что посещения запрещены. Я несколько раз пробовала, но бесполезно! Тогда я стала ждать пока ты не вернёшься. Ты ведь должен был вернуться летом! Хотя бы ненадолго. Я даже сторожа на твою дверь поставила! Но ты не приехал… А потом я узнала, что ты уехал учится в Таллин. Ну почему, почему ты не заехал домой?

— Так получилось, — сказал я виновато. — Просто подумал, что не стоит приезжать, чтобы прощаться.

— Дурак! — только и сказала Мила. — Дурак… но я… я всё равно люблю тебя…

В глазах Милы стояли слёзы. Я посмотрел на неё и это получилось как будто само собой. Я подвинулся к ней ближе и обнял её. Я гладил её по голове, волосам, спине и говорил:

— Мила! Миланька! Теперь всё будет хорошо! Я ведь сделал тебе предложение! Я люблю тебя! — последние слова, как будто сами слетели с моих губ.

Мила прижалась ко мне всем телом, и заплакала ещё сильнее, говоря сквозь слёзы:

— Правда⁈ Ты правда меня всё ещё любишь? Я тебе правда нужна?

— Да! Да!! Да!!! — ответил я с жаром, — Ты мне нужна! Я тебя люблю, Мила!

Так продолжалось ещё несколько минут. Наконец, Мила успокоилась и сказала уже не плача:

— Я дура, да? Разревелась, как маленькая. Прости!

Она опустила глаза, а потом подняла на меня взгляд и я почувствовал как моё сердце заколотилось в десять раз сильнее. Мила улыбнулась мне, потом лицо её посерьёзнело, наши лица оказались совсем близко и она вдруг прикрыла глаза. Её губы просто манили меня, и я коснулся их своими губами. В этот момент Мила обвила меня руками и прижалась своими губами к моим, приоткрыв немного рот.

Мы первый раз поцеловались по-настоящему.

Не знаю как долго это продолжалось, даже не скажу сколько раз мы поцеловались, но в конце концов, всё закончилось. Мы просто сидели на полу, и обнимали друг друга. Мила улыбалась и больше не плакала:

— Теперь ты мой! — сказала она с весёлыми и игривыми нотками в голосе. — Мой! Мой! Мой!

— Мила… — только и смог сказать я. В голове у меня постепенно прояснялось. — Может быть пора выйти? Думаю нас уже заждались.

Я встал и подал Миле руку:

— Ваше Высочество?