Но наука наукой, а жизнь жизнью.

Люди считают, что жар почти всегда вреден. Едва он появляется, как его пытаются сбить с помощью лекарств. Несмотря на миллионы лет эволюции защитных механизмов организма, все родители, все пациенты, большинство врачей и уж, конечно, все производители лекарств считают повышение температуры злом, с которым надо бороться.

Эти взгляды противоречат современной науке. В одном из исследований ученые без обиняков заявляют: «Сбивание температуры – обычная практика в отделениях интенсивной терапии, основывающаяся скорее на устоявшихся стандартных догмах, чем на научных данных»[36] . Говард Маркл, директор Центра истории медицины, говорил по поводу фобий, связанных с жаром: «Существуют культурные практики, уходящие своими корнями в такую же древность, как и сами инфекционные заболевания»[37] .

Почему так происходит? Зачем мы столь упорно боремся с повышением температуры, если оно полезно?

На мой взгляд, все очень просто: жар доставляет дискомфорт. А людям это не нравится.

Вот и все объяснение.

Цель врача состоит не только в том, чтобы просто вылечить болезнь. Это необходимо сделать так, чтобы процесс лечения был приемлемым для пациента. Пусть даже жар полезен в плане борьбы с инфекцией, но он доставляет человеку неприятные ощущения. А я иду к врачу для того, чтобы их избежать или от них избавиться. Мне плевать на научные изыскания, когда меня трясет озноб под одеялом. Если есть таблетка, которая спасает от этого состояния, дайте мне ее сейчас же.

Рациональный подход состоит в том, что при инфекционных заболеваниях повышение температуры полезно. Однако он противоречит здравому смыслу.

Эта философия, отдающая предпочтение здравому смыслу перед логикой, свойственна людям и тогда, когда они принимают финансовые решения.

____________

Финансовая наука имеет целью поиск инвестиционных стратегий, оптимальных с математической точки зрения. Моя личная теория заключается в том, что в реальном мире люди не хотят забивать себе голову оптимальными математическими стратегиями. Им нужна стратегия, позволяющая спокойно спать по ночам.

Гарри Марковиц был удостоен Нобелевской премии за исследование математических взаимосвязей между риском и доходом. Однажды его спросили, как он инвестирует свои личные деньги, и он описал распределение активов в своем портфеле по состоянию на 1950-е годы, когда его модели еще только разрабатывались:

«Я представил себе, как огорчусь, если фондовый рынок начнет расти, а я в этом не буду участвовать. Или если он упадет, а я не успею с него уйти. В мои планы входило свести к минимуму будущие огорчения. Поэтому я разделил свои активы поровну между облигациями и акциями».