На фондовых рынках падение на 40 процентов на протяжении шести месяцев является достаточным поводом для слушаний в Конгрессе, а вот рост на 140 процентов, достигнутый в течение шести лет, остается практически незамеченным.
Чтобы заработать себе репутацию в профессиональной области, может потребоваться вся жизнь, а для ее разрушения хватит и одного сообщения по электронной почте.
Укол пессимизма будет замечен быстрее, чем мощное давление оптимизма.
Это подчеркивает один важный момент, о котором уже говорилось ранее: в инвестировании необходимо осознать, что ценой успеха являются волатильность и потери на долгом пути медленного роста. И надо быть готовым уплатить эту цену.
____________
В 2004 году New York Times взяла интервью у Стивена Хокинга – ученого, которого неизлечимое моторно-нейронное заболевание еще в возрасте 21 года приковало к инвалидному креслу и лишило возможности говорить.
С помощью компьютера Хокинг рассказал журналистам, какую радость ему доставляет возможность писать книги для непрофессиональной публики.
– Вы всегда находите повод для радости? – спросил интервьюер.
– Мои ожидания были сведены к нулю уже в 21 год, – ответил Хокинг. – Все, что произошло после этого, я считаю бонусом.
Жизнь в надежде на то, что все будет развиваться по наилучшему сценарию, может принести разочарование. Пессимизм снижает планку ожиданий, сокращая разрыв между возможным и приемлемым результатами.
Не исключено, что именно этим он и привлекателен. Расчет на негативное развитие событий – это лучшая возможность для приятного сюрприза в том случае, если ожидания не оправдаются.
Как ни странно, это тоже можно считать проявлением оптимизма.
А теперь короткая история про истории.
18 Когда вы готовы поверить чему угодно Почему истории оказывают на нас более сильное воздействие, чем статистика.
Представьте себе инопланетянина, отправленного на Землю с заданием проследить за нашим экономическим прогрессом.
Он кружит вокруг Нью-Йорка, стараясь представить себе масштабы экономики и зафиксировать изменения, происшедшие в промежутке между 2007 и 2009 годами.
Пролетая в канун наступающего 2007 года над Таймс-сквер, он видит десятки тысяч счастливых людей, которые веселятся на фоне ярких огней, гигантских рекламных панно, фейерверков и телекамер.
Накануне наступления 2009 года он вновь возвращается на Таймс-сквер. И там снова множество вдохновленных людей, яркая иллюминация, светящаяся реклама, потешные огни и кинокамеры.
Похоже, все осталось как прежде. Он не замечает большой разницы.
Примерно то же самое количество горожан ходит по улицам среди того же количества офисных зданий, в которых находится то же самое количество рабочих мест, оснащенных тем же самым количеством компьютеров с тем же самым количеством точек подключения к интернету.