— При первом же новом подозрении берите его в оборот, не жалейте совсем. С органами прокуратуры я сам переговорю, чтобы не мешали вам работать, — продолжает он.
* * *
Мои последние письма в Шахтах еще не получили, поэтому ничего не говорят про аэропорт Краснодара.
Только ведь сам маньяк после сильной общественной трепки уйдет на дно на долгое время, как после первого убийства. Самое главное я уже сделал, привлек к нему внимание. Куда бы он теперь не переехал, подобная слава настойчиво последует за ним по пятам. Много жизней окажется спасено, девочка из аэропорта теперь первая из них.
Правда, я про подобное развитие событий ничего не знаю, продолжая катиться на электричке и вспоминать свое прошлое.
Глава 18
Пока качусь в электричке домой, пытаюсь составить план моих последующих действий в новой жизни, чтобы иметь в ней немного побольше смысла.
«С ЛОКом придется завязать совсем, теперь даже диски окажется безопаснее покупать на Ульянке, чем посещать толкучку во дворах. Там у меня недруг — обычный спекулянт, пусть и не совсем обычный, а сильно заслуженный. Все равно, таких прав и силы, как у сержанта Абросимова, у него не имеется даже близко», — уверен я.
При встрече на рынке дело ограничится, скорее всего, угрозами и все на первое время. Может еще хватанием за грудки или созывом друзей, других достаточно интеллигентных продавцов книг, которые окажутся рядом.
«Да я сам лично не стану усердно разыскивать барыгу, просто доберусь до дисков, рассмотрю их и поторгуюсь. Потом сразу же исчезну, поэтому, вполне возможно, роковой встречи на яхте даже не случится».
Уже я сам не тот тщедушный подросток, набранные восемь килограммов боевого и три сантиметра роста делают меня внешне солиднее. Вполне могу ответку на попытку обидеть даже взрослому мужику. Да еще сам дядька вполне может завязать с торговлей именно там, на той толкучке, после последних неприятностей. Здоровья у него уже не так немного осталось, вполне возможно, не захочет больше им рисковать по-крупному.
«А вот милиционер Абросимов ни за что от меня не отстанет и не забудет, в чем я очень наглядно убедился. Как ведь сразу прибежал по звонку? Как торпеда с самонаводящейся головкой! Хватать и не пущать!» — поражаюсь я.
Хотя уже два месяца прошло с той погони, ведь даже в гражданку переоделся, чтобы не спугнуть никого своей формой.
Как схватит лапищей за шкирку, да потащит в отделение, где приложит все свое влияние, чтобы обеспечить мне реальный срок. Да еще по голове надает, вообще не жалеючи, могучей дланью, как бы за попытку сопротивления.