Воронцов вошёл на территорию красноармейцев на своих двоих. После того, как дежурная заперла ворота на засовы, она повела гостя к большому дому, расположенному в центре посёлка.

— Быстро вы приехали, — защебетала она.

— Ветер дул в жо… В общем, попутный ветер нам помог ускориться. Не хотелось мёрзнуть. Только теперь лошадке нужен отдых.

— Мы заведём её в стойло и накормим, так что не беспокойтесь, Алексей Иванович. А правду говорят, что вы хотите построить школу и больницу?

— Именно для этого я к вам и прибыл. Образование и медицина — наше будущее.

Гость оказался в бревенчатой избе, большой и просторной, с высоким потолком и маленькими окнами. Он с интересом осматривал большую гостиную, из который открывался вид на огромную кухню-столовую с множеством столов и стульев. Несколько дверей были закрыты. Стены украшала резьба по дереву, а полы были сделаны из струганых досок, которые скрипели при каждом его шаге. На стенах висели подсвечники, в которых горели свечи. В центре гостиной располагалась большая печь, на которой сверху лежал маленький ребёнок и играл с деревянной игрушкой. В духовке стоял большой чугунок, из которого доносилось бульканье. По всему дому разносился аромат еды, а на кухне девушка в платке и платье колдовала над кастрюлей.

За большим столом в гостиной сидела глава посёлка. Как только Воронцов зашёл в помещения, она сразу встала и подошла встретить гостя.

— Здравствуйте, Алексей Иванович. Как дорога?

— Добрый день, Татьяна Ивановна. Добрался хорошо, снег плотный, сани скользят отлично. Правда, ветер доставил неприятных ощущений, но это ерунда.

— Рада, что ваш путь прошёл без происшествий. Прошу к столу, сейчас будет готов обед. Я прилагаю перевести нашу встречу в более семейный формат и отбросить представительские выкрутасы.

— Конечно, я и сам только рад. Все эти, как вы говорите, представительские выкрутасы мне тоже действуют на нервы.

— Рада, что мы нашли общий язык, — улыбнулась она ему. — В ногах правды нет. Оставьте тулуп в прихожей и проходите к столу. Сначала мы поедим, а уже после будем думы думать.

Как только они разместились за столом, Татьяна гаркнула так, что пламя свечей задергалось по всему помещению:

— ЛЮБАВА! Накрывай на стол, гость приехал!

Из кухни выбежала женщина лет двадцати пяти, одетая в серое платье до пят и в заляпанном переднике, крупная и низкого роста, чем-то напоминающая Татьяну. Правую половину её лица обезобразил большой шрам от ожога. Тёмные волосы были убраны под платок. Она окинула гостя единственным карим глазом. Правый глаз был сильно прищурен — она им наверняка ничего не видела.