— А-а… Ну, если все, тогда другое дело, — с облегчением выдохнул парень.

Вадим выглядел худым и жилистым юношей. Его лицо было покрыто угревой сыпью, чего он сильно стеснялся. Стёганая фуфайка, потёртые штаны и ведавшие виды сапоги составляли весь его наряд. Он молчаливо смотрел в сторону дороги.

— Вадим, — обратился к нему Алексей, — а ты чем хочешь заниматься? Что умеешь?

— Ничем, кроме лошадей, — вздохнул он. — Я лошадей люблю.

— Милое дело, — улыбнулся Степан.

— Вот видишь, Стёпа, нашёлся тебе помощник с табуном.

— У вас табун есть? — оживился Вадим.

— Есть. Готов работать с лошадьми?

— Готов, — кивнул парень.

— В таком случае, Вадим, по приезду держись Степана, — продолжил Воронцов. — Он у нас главный конюх и оператор кобылы. Ха-ха-ха! — после он обратил внимание на слабый пол. — А вы, девчонки?

— Я Оля, — начала полненькая девчонка в плотной куртке из пеньки и в длинном платье. Её короткостриженые соломенные волосы топорщились в разные стороны. — Раньше я помогала с делами матери, да по двору делами занималась.

— А я Маша, — глядя на её крепкое тело и мозолистые руки, становилось понятно, что ей известен тяжёлый труд с самого детства. На неё были надеты ватник, прочные штаны и сапоги. Если бы не миловидное личико и длинные каштановые волосы, собранные в хвост, то со стороны могло показаться, что это парень. — Я тоже помогала матери по хозяйству и в огороде.

Так за разговорами они приехали в общину.

Глава 22

Глава 22

Глава 22

Гостям была организована скромная экскурсия по территории общины. В процессе Алексей поведал молодёжи график работы бани и приёма пищи, показал им дом, в котором они будут жить. Им стало жилище бывшего старосты Максима, в котором решено было разместить гостей. В качестве куратора красноармейцев был назначен Михаил, который отвечал за дворовую территорию и мог грамотно распределить работу.

В небольшом, но добротном доме старосты имелось две комнаты, небольшая кухня, она же прихожая. В каждой комнате стояли новые пахнущие смолой кровати, застеленные соломенными матрасами, поверх которых лежали лоскутные одеяла. Каждому прибывшему были выданы ложка, кружка и алюминиевая миска. Оставив ребят привыкать, Алексей с Михаилом вышли из дома.

— Ну, Мишань, держись, будешь нянькаться теперь.

— Да прорвёмся, Иваныч. Завтра определю всех по рабочим местам, и дело попрёт.

Любовь решено было на время определить в гости к одинокому Сергею, который занимался лесозаготовкой и плотницкими делами. Серьёзный мужик — его огромный рост и здоровенные плечи вселяли благоверный страх перед ним. Его супруга умерла при родах ещё два года назад и унесла с собой жизнь не родившегося малыша.