— Пешком? — поинтересовался Тимур.

— На лодках. Придётся сделать пару весельных лодок, чтобы не оставлять посёлок без водного транспорта и рыбы.

— На вёслах вверх по течению? — протянул Михаил. — Лёш, ты так уверен в наших силах?

— Не вижу проблем. Если грести правильно и по очереди, то течение не помеха. Это будет сложнее, чем идти вниз по течению, но мы должны управиться где-то за неделю.

— Да справимся мы, Мих, — Тимур поднял наполненную стопку. — Друзья, предлагаю выпить за грядущее путешествие!

— Я всё же не уверен, что мы на вёслах выгребем, — продолжил Михаил после того, как рюмка была опустошена. — Может быть, нам сделать парус?

— Парус было бы неплохо, — задумался Алексей. — Только не уверен, что лодка выдержит. Её в таком случае понадобится киль.

— Надо — сделаем, — уверенно сказал Тимур. — Что мы, киль не осилим? Всё равно лодки придётся строить с нуля.

— Ещё я думаю, — продолжил Миша, — что нужно будет взять побольше патронов и еды.

— Правильно, — кивнул Тимур. — Тогда уж и товаров на продажу. Что нам порожняком плавать туда-сюда?

Скучающая Вера слушала мужские разговоры, водя пальцем по столу, она посмотрела на Алексея с Мариной и спросила:

— Вы когда ребёночка заведёте? А то Светочка выросла, скоро уйдёт от вас и будет вам одиноко.

Народ замолк. Все взоры были обращены в сторону Веры.

— Какой ребёнок, ты о чём? — улыбнулась Марина. — Я уже отмучалась. Всё, хватит!

— Да вы что? — округлила глаза её подруга. — Вам обязательно нужен ребёнок. Что это за семья такая, в которой нет детей? Представь, как будет хорошо. Мы будем вместе гулять, я тебе и пелёнки подарю.

— Нет, нет, спасибо, — Марина покачала головой из стороны в сторону. — Нам и без пелёнок хорошо.

Алексей молчал. В глубине души он хотел ребёнка, но с высоты прожитых лет и опыта семейной жизни понимал, что в нынешних условиях ребёнок будет не в радость, а в тягость. Не ему его вынашивать и рожать, а потом и растить в таких условиях, в которых самим бы выжить. Поэтому он оставил право выбора за Мариной.

После того, как гости ушли, Алексей с Мариной остались дома одни. Вместо отдыха им предстояло убрать со стола посуду и остатки еды. Посуду сложили в таз. Марина начала её мыть и полоскать в ведре с чистой водой.

— Вера вообще сумасшедшая! У самой трое детей, ничего для общины не делает, только ходит и просит молока, мяса и хлеба, потому что она мать! Вообще крыша поехала. Надо пожить для себя, да, дорогой? — она посмотрела на Воронцова, который молча протирал сухой тряпкой посуду.

— Да, милая, конечно…

* * *