— Клянетесь ли вы мне в верности и чести, и в том, что будете вести себя как законопослушные граждане?

— Не знаю, что значит граждане, капитан, но я клянусь! — ответил первый.

— Тупень ты деревянный! — обратился к нему товарищ. — Гражданин — это человек государства. Я тоже клянусь!

— Развязать обоих! — рявкнул Алексей. — На испытательный срок их.

Марина стояла у двери, ведущей в трюм, обнимая за плечи свою дочь. Воронцов подошёл к ним. Света вырвалась из объятий матери и обняла его.

— Спасибо, дядь Лёша, вы уже второй раз спасаете меня из рабства.

— Куда я денусь, дорогие мои? Вас у меня всего двое, — улыбнувшись, Воронцов потянулся обнять свою семью.

— Нет… — лукаво улыбнулась Марина и положила руки себе на живот. — У тебя нас теперь трое!

Воронцов ошалело стоял, широко распахнув рот, и не мог поверить своим ушам.

— Как же так⁈ Я буду отцом?

— Да, дорогой. Я была у знахарки и узнавала по поводу тошноты и слабости. Она мельком взглянула на меня и сказала, что я беременна. Я не поверила её словам и потребовала от неё доказательств. В итоге она разложила всё по полочкам. Соотнеся все факты и задержку, я согласилась с ней.

— Вот как…

— Я-то думала, что на цикле так сказался перенесённый в деревне людоедов ужас… Поздравляю, ты будешь отцом.

Воронцов не мог поверить в то, что скоро у него появиться наследник или наследница, кому он сможет передать все свои труды. Теперь ему придётся ещё больше оберегать супругу и освободить её от охоты. Поздний ребёнок всегда несёт опасность, а в условиях этого времени это вообще катастрофа.

— Ладно, оставим празднования на потом. Что у нас с бабьим войском?

— Лёш, на корабле шестьдесят семь человек, включая девочек. Из них двадцать человек умеют держать оружие, и всего двенадцать, включая меня, умеют нормально стрелять.

— Понятно, — от волнения будущий отец не мог собраться с мыслями. Новость о ребенке выбила его из колеи. Так… Значит, собирай их всех и дели на дежурства. Половина пусть охраняет команду сейчас, вторая половина после полуночи. Ребята, может, и нормальные, но я им не доверяю.

— Полностью с тобой согласна, милый. А остальные что?

— Пусть приведут себя в порядок, а то тут столько голодных мужчин, а они ходят полуголые. Следует решить вопрос пропитания. Кстати, как там девочка?

— Какая девочка? — с недоумением уставилась на него Марина. Когда до неё дошло, о ком идёт речь, она до хруста сжала кулаки. — Ах, та… Она всё ещё без сознания. Её мать от неё не отходит. Девчонку увели ещё утром. Эти ублюдки её порвали на части — живого места на теле нет.