голоса, кто-то окликал, но я просто пёр вперёд: моя цель важнее. Внизу я двинулся, было, куда-то во двор, к каретным сараям, как услужливо подсказало мне сознание, но тут же повернул на улицу — там ехал извозчик. — Стойте! — завопил я в спину уже проехавшим саням. Мужчина в шубе, сидящий в санях, оглянулся, и, увидев меня, изумлённо открыл рот. Повернулся к извозчику, что-то сказал, сани остановились, и я в одно мгновение догнал их и запрыгнул на место рядом с пассажиром. — Ваше высочество, Пётр Николаевич! — забормотал пассажир — Что происходит, почему Вы не одеты, почему такая спешка? — Готовится страшное злодейство. Цареубийство. Мы обязаны его предотвратить. — Как? Что? — Голубчик — крикнул я извозчику — стрелой мчись на Екатерининский канал, угол Мойки. Знаешь ли, где это? — Как не знать, барин! А на какой берег-то? Токмо боюсь, кобылка моя не сдюжит. — К Михайловскому парку, любезный! И гони изо всех сил! Если успеем, я тебе рысака подарю! — А как же барин, что до вас сел? — Гони, извозчик, гони куда сказано! — закричал пассажир в шубе, и мы полетели. Хотя полетели очень относительно. Лошадка у извозчика была мелкая, тощая и весьма заморённая, поэтому бежала она не шибко споро, но всё равно побыстрее, чем бежал бы я своими ногами. Да и не пробежать мне столько, чего уж там. — Пётр Николаевич, ваше высочество! — забормотал господин в шубе — Вы простудитесь! Позвольте укрыть вас моей шубой! Морозец небольшой, градуса три-пять, но проклятая питерская сырость! До места я, без сомнения, доеду, но однозначно простужусь, а без нормальных лекарств, скорее всего, потом откину ласты. Я оглянулся на попутчика. Шуба у него большая, возможно и хватит закутаться двоим. — Благодарю вас за великодушное предложение… Простите, не знаю, как вас величать. — Профессор Меншуткин, Николай Александрович. Служу в физико-математическом факультете Санкт-Петербургского императорского университета — отрекомендовался он, торопливо расстёгивая крючки на шубе. Попытку совсем снять её с себя я пресек, и мы, тесно прижавшись друг к другу, укутались в профессорскую шубу. — Шуба, признаться не моя — зачем-то стал объяснять профессор — На мою шубу служитель… — От неловкости служителя выиграл я — прервал я мучения профессора — В Вашу шубу мы вдвоём бы не поместились. Вы уж, уважаемый профессор, пожалуйста, поощрите служителя от моего имени. И прошу Вас, Николай Александрович, разрешите позже заглянуть к вам с визитом, связанным с вашей учёной деятельностью? Профессор торопливо закивал.