Я вспомнил последние дни перед выходом из Мира Меча. Времени оставалось мало, портал мог закрыться, а мы всё равно отклонились от маршрута ради растения, за которым она изначально и пришла.

Тогда я несколько раз спрашивал себя, разумно ли это. И все равно, не ушел, пока не достал его.

Теперь получил ответ.

— Значит, не зря искали.

— Не зря. Без неё мне, вероятно, понадобилось бы намного больше времени.

Я действительно обрадовался. Не потому, что наше рискованное решение оказалось оправданным — хотя и это приятно. Просто было хорошо видеть, что после всего произошедшего на Скрытом Этаже она вернулась к нормальной культивации.

Через несколько шагов я вспомнил о вещи, за которую давно собирался её поблагодарить.

— Кстати, Сестра. спасибо.

Она вопросительно посмотрела на меня.

— За то, что никому не рассказала о моей культивации. — немного подумав, я решил объяснить. — Если бы старейшина Му узнала, мой последующий затвор выглядел бы несколько подозрительно. Хотя из-за этого твоей сестре пришлось ещё полтора года заниматься садом.

На лице Лань Юэ появилось слабое веселье.

— Она переживёт. — с небольшим удовольствием ответила она.

У сестер что, натянутые отношения?

— Очень успокаивает. Особенно учитывая, что именно мне потом с ней встречаться.

— Она не сердится.

— Ты уверена?

— Да.

— Хорошо. Значит, вероятность стать удобрением ниже, чем я рассчитывал.

Лань Юэ слабо рассмеялась, и я неожиданно поймал себя на том, что мне нравится этот звук.

Мы прошли ещё немного, прежде чем она сказала:

— Но тебе действительно не за что благодарить меня.

— За сохранённый секрет обычно благодарят.

— Если бы не ты, я бы вообще не вернулась. — она произнесла это спокойно, без попытки придать словам дополнительный вес. — Я могла провести на Скрытом Этаже ещё много лет. Возможно, всю жизнь. Не знаю, нашла бы когда-нибудь выход сама.

Я хотел что-нибудь ответить, но она продолжила:

— Поэтому молчание о твоей культивации — слишком маленькая вещь, чтобы считать её долгом.

Я посмотрел на неё чуть внимательнее.

В этом не было показной благодарности. Она не пыталась казаться великодушной и не превращала нашу общую историю в красивую речь о дружбе и судьбе. Просто считала это правильным.

В мире культиваторов такое встречалось нечасто.

Люди слишком хорошо умели запоминать свои услуги и удивительно быстро забывали чужие.

Лань Юэ была другой.

От неё исходило то спокойное, почти чистое ощущение, которое трудно описать словами. Не слабость, не наивность и не та беспомощная доброта, которая существует лишь до первого серьёзного испытания. На Скрытом Этаже я видел, что она умеет сражаться, терпеть и принимать неприятные решения. И всё же в ней оставалось что-то благородное, не испорченное годами жизни среди людей, для которых любой долг желательно посчитать в Камнях Духа.