— В Тысяче Лун? Что он там делал?
— То же, что и все. Покупал вещи, искал информацию.
— Он свободный культиватор?
— Вроде того.
— «Вроде того» — это как?
Я задумался всего на долю вдоха.
— Он не рассказывал подробностей о своём происхождении. Мы договорились помочь друг другу в одном деле. С тех пор иногда обмениваемся информацией.
— Каком деле?
— Личном.
Юй Жун прищурилась.
— Мин Хао.
Тон был опасным.
Пришлось продолжать строительство личности человека, чьё тело в данный момент уже находилось в нескольких ли отсюда.
И он все больше и больше разгонялся. Я даже не знал, что Ли Си был таким быстрым. Но я не мог позволить ему задерживаться тут даже на долю секунды.
— Он много путешествует. Кажется, раньше жил далеко отсюда. С Великими сектами Джао напрямую не связан.
— Сколько ему лет?
— Не спрашивал. Но вроде не больше пятидесяти.
— Что любит?
Я посмотрел на неё.
— Что?
— Ну, что ему нравится?
На этот вопрос даже импровизация не подготовила ответа.
— Культивация.
Юй Жун закатила глаза.
— Это нравится всем.
Не всем, хотел я возразить. Иногда мне значительно больше нравились деньги.
Но сейчас разговор шёл не обо мне.
Хотя технически именно обо мне.
Очень сложная ситуация.
— Он довольно молчаливый, — сказал я. — О личном почти не говорит.
— Женщины ему нравятся?
Я кашлянул.
— Старейшина…
— Что?
В её лице не было ни капли стыда.
Тот короткий приступ смущения при Ли Си куда-то исчез сразу после его ухода. Теперь передо мной снова стояла привычная Юй Жун: настойчивая, бесцеремонная и очень заинтересованная.
— Я не задавал ему таких вопросов.
Она недовольно нахмурилась.
Потом в глазах появилась новая мысль, и я сразу понял, что она мне не понравится.
— У него есть партнёр по Дао?
— Не знаю.
Ответ вылетел раньше, чем я успел его обдумать.
И почти сразу стало ясно, насколько это плохой ответ.
Если Юй Жун действительно заинтересовалась, отсутствие известной партнёрши только прибавит ей энтузиазма.
— Хотя… — быстро добавил я. — Вспомнил. Кажется, он говорил о невесте.
Юй Жун замерла.
Вот.
Прекрасно.
Невеста.
Существующая где-нибудь очень далеко, достаточно любимая, желательно страшно ревнивая и, если потребуется, невероятно сильная.
Теперь Старейшина должна потерять интерес.
Юй Жун задумчиво коснулась пальцем подбородка.
— Невеста…
— Да.
Я постарался произнести это максимально убедительно.
— Очень жаль, — сказала она.
Я едва успел почувствовать облегчение.
— Хотя так даже интереснее.
Облегчение исчезло.
— Простите?
На её лице появилась довольная улыбка.
— Гораздо приятнее получить что-нибудь, если за это приходится бороться. Чем тяжелее что-то получить, тем больше мне это нравится.