Стало ясно, что спокойный вид мечника обманчив. Враг пристально следил за мной и был намерен не дать воспользоваться никакими артефактами. И он тут же это подтвердил.

— Свой первый атрибут я получил от невероятно быстрого существа, — произнёс он. — Благодаря ему я научился мгновенно настигать цель. Даже не надейся на свои игрушки.

Примерно о чем-то таком я и догадывался. Ситуация в целом вырисовывалась неприятная. Пока враг имел возможность максимально реализовать свои способности, я, наоборот, был скован по ногам и рукам. Отсутствовала возможность применить менталку и кровавое наитие. Мой энергетический атрибут пребывал в зачаточном состоянии.

«Победить лишь один вариант, — отметил я. — Сделать то, что не вписывается в его подготовку».

В этот момент где-то грохнуло, а по полу под ногами прошла дрожь. На долю секунды взгляд моего противника скользнул в сторону. Спеша воспользоваться этим, я схватил цепь, торчащую из клапана сумки, и тут же дернул.

Отвлечение сработало лишь на долю секунды, и вскоре противник уже буквально летел на меня.

«Братец, выручай!» — мысленно крикнул я, выбрасывая моё оружие вперёд.

Исходящий призрачным сиянием череп на цепи определённо удивил врага, но не настолько. Даже не думая отступать, тот ударом клинка отбил его, направляя в другую сторону. Атаку моего Когтя враг принял на железный наруч.

Я вошёл в клинч, пытаясь обездвижить противника и не дать ему ударить клинком. Это получилось лишь отчасти. В последний момент из рукава противника выскользнул короткий нож. Перехватив его за рукоять, мужчина ударил меня в бок. Зато я наконец смог взять обе его руки в захват и зафиксировать врага. Уж силы у меня точно было больше.

Желая отвлечь мечника, я ударил лбом. Уходя от атаки, тот повернул голову в сторону и вскрикнул от неожиданности. Братец немыслимым образом сам изогнулся на цепи и настиг врага. Открыв челюсть, череп впился ему в плечо.

— А-а-а-а-а! — закричал тот.

Больше сил что-то сказать у него не хватило. На моих глазах с ним начала происходить метаморфоза. Кожа его начала сморщиваться, а глаза — западать. В считанные секунды он будто состарился.

— Бесчестный трус, — успел простонать аржентиец, перед тем как превратиться в ветхого старика.

Испытывая отвращение, я оттолкнул его. Уже через мгновение тот погиб.

— Фу, бля, — выдохнул я. — Братец, хорош.

Присев рядом, я расстегнул свой костюм. Дешёвая защита отработала свою стоимость — защитные пластины не дали атакам стать смертельными ранами. Но даже этого хватало, чтобы я медленно, но верно истекал кровью.