Мельком я отметил, что был прав. Один из людей со значком на груди оказался капитаном космолёта.

— Отлично, — хмуро ответил он. — Что с совместимостью?

— Ядро великолепно, капитан, — с энтузиазмом воскликнул подчинённый. — Не знаю, что там улучшили наши корпы, но силовая установка подскочила в мощности!

От избытка энтузиазма он даже взмахнул рукой, но капитан оставался всё так же хмур. Он повернулся к другому подчиненному, который тут же подскочил со своего места. Капитан молча кивнул, предоставляя ему слово.

— Программная оболочка слетела, — как-то неуверенно произнёс подчинённый. — Координаты будем вводить вручную, но до цели доберемся. Тут недалеко уже…

Он как-то дернулся и посмотрел на механика, после чего продолжил отчет.

— Данные введены и проверены, — добавил он. — Мы готовы.

Хоть представитель другой расы и отличался от людей, но настолько незначительно, что я мог читать атмосферу. И кажется, она стала ещё более напряжённой.

— Говоришь, данные ввел? Говоришь, готовы? — кивнул капитан и выдержал паузу. — А может еще скажешь, почему координаты не соответствуют полетному заданию?

В этот момент его помощник со значком на груди выхватил оружие, наведя его на подчинённого, от которого требовали ответ. Тот вздрогнул, а остальные подскочили с мест.

— А ну стоять всем! — прокричал капитан. — Отвечай!

Пойманный с поличным подчинённый вжался в стену ни жив ни мёртв. Как будто ища поддержки, он вновь посмотрел на механика, подключавшего ядро. Неожиданно тот взял слово.

— Потому что я ему так сказал, — спокойно произнёс он.

Его слова вызвали удивление только у капитана и его помощника. Остальные же члены экипажа подобрались, явно будучи в курсе ситуации. Всё это было замечено капитаном, и кажется, тот растерялся.

— Это бунт⁈ — вскричал он. — А ну объяснись, пока тебя не расстреляли!

Его помощник перевёл ствол пистолета на очевидного зачинщика ситуации. Тот, кажется, не испугался.

— Мы сменили энергоядро, слетели все программные настройки, — произнёс он. — Наше перемещение больше не может отслеживаться «Сцентиком». Смекаете?

Я уже примерно понял, к чему все идет. Сообразил и капитан.

— Вот оно что, — презрительно фыркнул он. — Ждали, когда я дам валидацию прыжка, а потом что? Убили бы меня, предатели?

Я понимал не все слова, но этого и не требовалось. В конце концов, развернувшийся перед глазами спектакль был стар как мир.

— Мы можем затеряться. Продать и экспериментальное ядро, и корабль. Денег хватит и нам, и нашим семьям, — продолжал говорить подчинённый. — А я слышал, у вас дочь тяжело больна. Вам не скопить денег на её лечение, проработай вы хоть две своих жизни!