Я усилил скорость выжигания ментальной энергии навыком, отчего заломило в висках. В этот момент среди всей этой какофонии света и теней я, кажется, начал видеть смазанные пятна перемещения.

Однако разобраться в логике и динамике перемещений врага я просто не успевал. Пока я лишь мог понимать более-менее направление, где он находится, да и только.

«Но когда же он ударит?» — мысленно вскричал я.

В последний момент спас Братец. Монстр вновь ушёл за груду автомобилей и оттуда скакнул в сторону столба. Именно в этот миг мой «напарник» дернулся особенно сильно.

Интуитивно понимая, что это предвосхищение атаки, я сделал первое, что пришло в голову — швырнул Братца вперёд.

Вспыхнув особенно ярким изумрудным мерцанием, череп тут же вильнул в сторону. Именно в этот момент я заметил атаку монстра: тот стелился по полу, словно тень, и почти сумел подойти незамеченным. От неожиданности он затормозил, резко ушёл в сторону и, увернувшись от Братца, вдруг попал в ловушку нежити.

Цепь зацепила тонкие лапы твари, что тут же повлияло на её скорость и направление. Монстр дёрнулся, желая выпутаться, и потерял драгоценные мгновения.

В этот момент глаза мои уже болели от перенапряжения. И вместе с тем я смог уловить слабые точки монстра и — что самое главное — прочитал направление. На чистой интуиции я метнулся в сторону, одновременно выставив клинок.

Схватка прошла, словно дуэль двух стрелков — все решилось за сотую долю секунды. Мимо меня словно прошелестела сама смерть, а оружие вошло во что-то мягкое.

Тут же раздался визг, прорвавшийся даже через вой сигнализаций. Я увидел, как монстра отбросило в сторону, где он и завалился — из-за скорости клинок раскроил его почти по всей длине тела, оставив глубокую рану.

Нырнув в сторону, я дёрнул цепь и снова швырнул Братца.

— Жри его! — закричал я от переполнявшего меня адреналина.

На этот раз Братец попал точно в цель. Челюсти распахнулись, после чего нежить впилась в монстра. Тот завизжал пуще прежнего, но было уже поздно. Всё тело существа охватило призрачное мерцание — так нежить вытягивала энергию у своей жертвы.

Дальше я стал свидетелем того самого мерзкого ритуала, которым обладал Братец. На моих глазах труп монстра начал проходить через отвратительные перемены. Его кожа трескалась, выпуская наружу телесные жидкости. Кровь темнела и сворачивалась на ходу. Вскоре с тела начали спадать лоскуты плоти, превращая и без того страшную тварь в нечто омерзительное.

Челюсти Братца, не соединённые с черепом, распахнулись особенно широко. Одним укусом он охватил голову твари и с хрустом раздавил её. Во все стороны полетели брызги. В это время Братец угнездился на месте головы монстра.